От медицины эмпирической – к медицине аналитической

ПРЕДПОСЫЛКИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ АНАЛИТИЧЕСКОЙ МЕДИЦИНЫ

Начиная с конца XIX в. и по настоящее время медицина переживает период бурного развития. Один за другим появлялись новые методы диагностики: рентгеновские, лабораторные, электрографические, ультразвуковые, магнитно-резонансные, генные, иммунные и др. Были разработаны и реализованы новые методы и технологии лечения: современная хирургия, антибактериальная терапия, радиационное лечение, микрохирургия, иммунотерапия, химиотерапия, транспланталогия, гемодиализ и др. Нашли широкое применение профилактические подходы к сохранению здоровья пациентов, такие как асептика, вакцинация, борьба с производственными и непроизводственными вредностями и др. В результате всех этих достижений медицинской науки и внедрения их в практику в XX в. в развитых странах значительно увеличилась продолжительность жизни населения, в том числе продолжительность здоровой жизни.

Столь стремительное развитие медицинской науки было обусловлено широким вовлечением в ее оборот достижений смежных наук: физиологии, микробиологии, цитологии, физики, химии, генетики и др. Медицина, которая в течение тысячелетий, фактически до конца XIX в., развивалась в рамках своих собственных, специфических, устоявшихся и мало менявшихся со временем теорий и методов, получив от сопредельных наук новые познавательные инструменты, научную методологию, иные теоретические подходы, вступила в этап резкого роста знаний как по объему, так и по качеству. Если в начале XX в. было известно несколько сот болезней, то в настоящее время – тысячи; количество описанных симптомов также возросло примерно в той же пропорции. Аналогично расширились и списки применяемых лекарственных средств. Помимо такого гигантского роста количественных показателей профессиональных знаний, произошло коренное качественное их изменение: появилось понимание патологических механизмов большинства заболеваний, были раскрыты строение, механизмы функционирования, биохимия большинства органов и клеточных систем организма человека. Все это позволило глубже и тоньше понимать проблемы нездоровья человека и улучшить работу с этими проблемами.

Вместе с тем обратной стороной такого колоссального нарастания объема медицинских знаний стали ярко проявившиеся трудности в их использовании. Совершенно очевидно, что никакой врач, никакой ученый-медик не в состоянии не только задействовать в работе весь этот массив фактов, но и даже просто ориентироваться в нем. Попыткой преодолеть эти трудности явилась глубокая специализация врачебных профессий. И в тех случаях, когда разделение труда в практической медицине обусловлено объективными причинами (наличием сложных высокотехнологичных методов работы, разбитых на множество операций, диагностических или лечебных процедур, требующих овладением навыков выполнения тех или иных процессов), оно дает прекрасные результаты за счет повышения эффективности и качества работы. И, наоборот, там, где требуется комплексный подход к оценке состояния организма пациента (а это практически всегда необходимо при установлении диагноза заболевания, функциональной недостаточности, рисков развития болезней), к разработке плана лечения, узкая квалификация врачей превращается в негативный качественный фактор. Кроме того, совершенно очевидна искусственность сложившейся медицинской практики с привлечением, как правило, нескольких узких специалистов к диагностике и лечению банальных (неорфанных) и не требующих высокотехнологической помощи заболеваний.

Следствием существующего противоречия между объемом знаний и трудностями в их применении стали такие отрицательные явления, как гипердиагностика и гиперлечение, способствующие снижению эффективности оказания медицинской помощи, росту неоправданных затрат и уменьшению ее доступности. Другой негативный результат, обусловленный вышеуказанным противоречием, – такое парадоксальное явление, как высокий уровень медицинских ошибок в странах с развитым здравоохранением. Это явление стало предметом серьезных исследований с середины XX в., которые позволили установить, что доля медицинских ошибок в лечении и диагностике в высокоразвитых странах достигает по крайней мере десятков процентов. При этом разработанные и предложенные меры по снижению уровня медицинских ошибок, в основном организационного, а не методологического характера, не привели к сколько-нибудь существенным результатам [1–3].

Все вышесказанное, на наш взгляд, свидетельствует о существовании в медицинской науке и, соответственно, практике глубокого противоречия между объемом уже накопленных и вновь генерируемых знаний и существующими методами его осмысления и интеграции в медицинскую деятельность.

С чем же это связано?

Как любая наука и практическая деятельность, в момент своего возникновения и становления медицина в качестве основного методологического инструмента взяла на вооружение эмпирический метод познания действительности. Благодаря ему происходило первоначальное накопление фактов о здоровье и нездоровье человека, заболеваниях, методах их выявления, лечении и профилактике. Это позволило обозначить круг понятий, определяющих суть медицины, наблюдаемые в ней взаимосвязи и взаимообусловленности. Отметим, что при таком подходе выявление основополагающих фактов дисциплины, перевод их в понятия, определение внешних закономерностей, очерчивание границ предмета требуют использования ограниченной методологии – рассмотрения факта как «вещи в себе». Построенные на основе этого эмпирические теории, позволяющие удовлетворительно объяснять небольшое количество фактов при определенных, конкретных условиях, в то же время становятся весьма неэффективными при необходимости оперировать, обобщать и объяснять большие массивы данных. Дело в том, что эмпирические подходы к познавательной деятельности, рассматривающие факты действительности как «вещь в себе», ограничивают наши возможности анализа лишь внешними характеристиками наблюдаемых явлений, формальным, а не сущностным изучением действительности; соответственно, любые классификации явлений, столь необходимые при работе с большими массивами данных, будут носить искусственный характер, так как не дают инструмента для установления логических связей между наблюдаемыми фактами. Таким образом, эмпирический метод познания в науке и практике, безусловно, эффективен и незаменим на этапе выявления новых знаний и выделения видов и характера связи между наблюдаемыми фактами. Однако дальнейшее познание действительности с целью формирования теории, раскрывающей внутренние причины возникновения, формирования, развития наблюдаемых фактов, определение законов их развития и, как следствие, прогнозирование направления этого развития, возможно лишь на основе аналитических методов.

В медицине же, несмотря на показанный выше огромный рост знаний, до сих пор, как и в момент ее возникновения и становления, господствующим познавательным методом остается метод эмпирический. Это выражается, в частности, в отсутствии построения сущностных определений таких основополагающих понятий, как здоровье, нездоровье, болезнь, функциональная недостаточность, организм, человек и т.д., что было показано многими и исследователями [4–6], а также формальным, но не сущностным построением классификации болезней, отсутствием сущностной классификации симптомов. Например, до сих пор каждая патология рассматривается как цельное явление, «вещь в себе», и даже хорошая изученность патогенеза большинства заболеваний не стала основанием для того, чтобы рассматривать болезнь как совокупность процессов – в общем случае весьма вариабельную.

Эмпирическое состояние существующих медицинских теорий, отсутствие сущностных подходов к пониманию феномена болезни является причиной господства до сих пор метода диагностики «по похожести», несмотря на декларируемое использование подхода анализ–синтез.

Аналогичные методические трудности не позволяют врачу следовать настоящим образом общераспространенному требованию учета индивидуальных особенностей пациента при диагностике и лечении заболевания. Требования такого индивидуального подхода, не подкрепленные методологией его реализации, породили гипертрофию роли «индивидуального опыта». А это, в свою очередь, вызвало большой субъективизм в медицинской науке. И если доказательная медицина пытается очистить методы лечения от его влияния, то семиотика, диагностика, оценка качества лечения и другие направления медицины от субъективизма вовсе не освобождаются.

ПРИНЦИПЫ АНАЛИТИЧЕСКОГО МЕТОДА В МЕДИЦИНЕ

Говоря об аналитическом методе в медицине, мы должны иметь в виду две стороны этого вопроса. Во-первых, иной, отличный от эмпирического, способ мышления, во-вторых, особый характер теорий, описывающих действительность.

Эмпирический способ мышления предполагает в качестве единицы мыслимого конкретный факт, предмет, объект, из внешних характеристик которых составляются понятия. Последнее образуется путем нахождения общих внешних характеристик у сходных объектов, выявление общего у многого. Природа этого общего не известна.

Современное понимание болезней и способ их определения по симптомам фактически означает диагностику «по похожести». Такой подход наблюдается и в современном терапевтическом лечении, когда, отталкиваясь от картины заболевания, сходной с неким конкретным примером, ранее виденным врачом, назначается лечение теми или иными лекарственными препаратами без учета реально развернувшихся процессов.

В отличие от эмпирического, аналитическое мышление предполагает деконструирование конкретных объектов, явлений, фактов на их составляющие. Причем деконструирование это происходит таким образом, чтобы вычленить те составляющие, которые и определяют те или иные свойства предмета, объекта, факта, и прежде всего свойства главные, сущностные. Это касается составляющих элементов и отношений между ними. Таким образом, аналитическое мышление означает разбиение объекта на составляющие элементы и определение структуры этого объекта, иными словами, перевод объекта из конкретного в абстрактное, который, собственно, и подвластен аналитическому мышлению, т.е. становится объектом мышления. При таком мышлении происходит отбрасывание деталей, составляющих и определяющих конкретный объект, а остаются элементы и структура, определяющие само явление, понятие, т.е. значимое, сущностное: так формируется мыслимая модель явления, отражающая его сущность. При этом аналитический способ мышления как инструмент познания действительности, как было указано выше, не отменяет в науке эмпирического подхода, но лишь дополняет его с целью объяснить накопленные факты и выявленные закономерности. Дальнейшая задача построения модели действительности, отвечающая обнаруженным закономерностям и фактам, – задача синтетического мышления.

Аналитический способ мышления обусловливает формирование аналитической теории науки. Эта теория всегда приходит на смену эмпирической и характеризуется реализацией определенной программы ее перестройки. Она заключена в замене конкретных явлений, объектов абстрактными понятиями, установлении границ фактов, объектов, явлений, входящих в предмет науки, определении объектов и структур науки.

ГРАНИЦЫ И СОСТАВЛЯЮЩИЕ МЕТОДА

Объект, предмет, метод (границы науки)

Рассмотрим границы науки «аналитическая медицина». Термин «границы науки» при этом означает ее объект, предмет и метод.

Объектом медицины является человек. Он же есть предмет изучения и многих других наук, таких как антропология, социология, политика, биология и многие другие. Но медицина изучает человека только с одной стороны, которая и служит ее предметом, что будет изложено ниже.

Под человеком с точки зрения медицины будем понимать явление функционирования объекта, состоящего из онтологически и гносеологически взаимообусловленных сторон: биологической – организма и идеальной – личности.

Пояснения

1) Под человеком понимается лишь функционирующий объект – не только живой, но и осуществляющий осознанную деятельность, т.е. идеальную функцию.

2) Онтологическая и гносеологическая взаимообусловленность организма и личности означает логическую и эволюционную предопределенность, неразрывность в рамках понятия «человек» как необходимое условие появления и развития друг друга.

Организм человека – биологическая форма существования себя самого, которая обеспечивает:

1) постоянство себя, в том числе за счет приспособления к изменяющимся условиям вне и внутри себя;

2) существование идеального – личности;

3) воспроизводство себя.

Личность – идеальная модель себя и окружающего мира, включающая представление о себе (о биологической форме – теле, о своем организме, о самóй идеальной модели – себе идеальном), окружающем мире и осуществляющая осознанную самореализацию.

Самореализация – воздействие на себя (идеальное и биологическое) и на окружающий мир (социальное и материальное) с целью достижения удовлетворения.

Предмет медицины

Предмет изучения медицины – здоровье организма человека. Здоровье личности является предметом психологии. Здоровье организма – такое его состояние, когда все функции осуществляются в полном объеме, и его равновесное состояние, внутреннее (гомеостаз) и внешнее, при обычных условиях внешней сред, может продолжаться неопределенно долго.

Пояснения

1) Под обычными условиями внешней среды мы понимаем такие условия, в которых сформировался данный фенотип.

2) Говоря «неопределенно долго», мы вовсе не имеем в виду «бесконечно долго», но подразумеваем, что в настоящий момент в организме нет последовательности процессов, приводящих к прекращению его функционирования, и мы не можем даже предположить, когда он закончит функционировать.

3) Если в организме вследствие болезни не реализуются те или иные функции, внешние или внутренние, но при этом установилось равновесие организма, можно говорить не о полном, а только неполном здоровье.

Цель медицины – поддержание здоровья организма человека. Осуществить его можно посредством избегания или сокращения степени нездоровья. Взаимопревращением здоровья является нездоровье, реализуемое в форме болезни или функциональной недостаточности. В данной статье будет рассмотрена лишь такая форма нездоровья, как болезнь.

БОЛЕЗНЬ КАК ПОНЯТИЕ

Болезни как таковой в природе не существует. Это понятие означает класс явлений, объединяющий частные заболевания. Классифицирующим признаком, общим для всех заболеваний, служит утеря равновесия процессов функционирования организма.

Конкретная болезнь – совокупность процессов нарушения нормального функционирования организма как результат возмущающих и/или повреждающих факторов (внутренних или внешних) при условии исчерпания уровней адаптивных возможностей и реакций организма, направленных на восстановление равновесия.

Любая болезнь представляет собой не статическое состояние, а совокупность специфических процессов, которые можно разделить на типы: этиологические процессы повреждения или возмущения; процессы локализации и противодействия повреждающему фактору; процессы нарушения функционирования систем организма; процессы адаптации к повреждающим факторам; процессы приспособительные.

Такое понимание болезни позволяет переосмыслить ряд устоявшихся взглядов на ее природу.

1) С точки зрения характера болезни принято делить ее на острые и хронические. Острая болезнь характеризуется такими этапами, как ее возникновение, развитие и окончание (выздоровление или смерть). Хроническая болезнь, как принято считать, развивается по следующей схеме: возникновение, обострение, ремиссия и дальнейшее протекание по тому же циклу. Однако необходимо учитывать, что любая система не может сколь-нибудь долго находиться в неравновесном состоянии без притока энергии извне, а потому хроническая болезнь как таковая не может существовать. То, что считается хронической болезнью, на деле есть острая болезнь с постоянно действующим этиологическим фактором и периодическим приспособлением к действующему этому фактору и срывом адаптации. Вторым вариантом так называемой хронической болезни может быть функциональная недостаточность с аналогичным волнообразным протеканием.

2) При рассмотрении болезни в рамках общей и частной патологии принято учитывать лишь патологические процессы, в то время как болезнь образуют и соответственно определяют два типа процессов: вызывающие нарушения в организме и направленные на восстановление равновесия в организме, т.е. фактически на прекращение болезни. Первый тип процессов определяет собственно природу болезни и ее вид, так как формирует само поражение организма. К этому типу следует отнести непосредственно действие этиологического фактора, патологический процесс в органе или функциональной системе, характер, масштаб и локализацию этого процесса. Данные факторы и должны быть положены в основу классификации болезни, поскольку в совокупности полностью ее определяют.

Второй тип процессов болезни – ответ на нарушение функционирования систем организма, который характеризует картину развития и завершения болезни и определяет индивидуальность ее течения, так как связан с состоянием иных функциональных систем организма, в том числе адаптивных и приспособительных. В случае стандартного (нормального, здорового) состояния организма пациента мы будем наблюдать типичное течение болезни, при наличии же каких-либо нарушений в тех или иных системах, задействованных в ответе на патологию, течение болезни изменится и станет «особенным».

Каким же образом может быть определена конкретная болезнь? С одной стороны, в медицинской литературе в большей или меньшей степени раскрыт патогенез большинства заболеваний. С другой – в тех же руководствах врачу предлагается определять вид болезни у конкретного больного по набору симптомов, описанных в частной терапии. Из глубоких и подробных исследований частной патологии в разделы частной терапии в лучшем случае перекочевали лишь какие-то новые, дополнительные симптомы заболеваний. Соответственно теоретическая и практическая медицина воспринимает болезнь, в том числе частную болезнь, как цельное, нераздельное явление, определить которое можно лишь целиком, в совокупности, по признакам/симптомам, свойственным этой болезни. Такой эмпирический подход, оправданный и понятный в эпоху отсутствия знаний о процессах, образующих болезнь, становится устаревшим, отсталым в современных условиях. В настоящее время нужна иная методология описания и определения явления болезни, основанная на аналитическом подходе.

Естественный способ определения явления есть фиксация его формы и содержания. Что же является содержанием и формой болезни?

Содержание болезни заключается в специфических, не свойственных здоровому, нормально функционирующему организму изменениях, произошедших в нем. Как указано в определении, болезнь, с одной стороны, есть совокупность патологических изменений, суть которых – повреждение тканей, либо нарушение процессов, протекающих в организме, которые приводят к потере равновесия. С другой стороны, это комплекс приспособительно-восстановительных реакций, направленных на восстановление равновесия путем регенерации, замещения, восстановления тканей, восстановления, замещения функции, компенсации функции и др. Иными словами, сами изменения в тканях либо в процессах функционирования органов и систем организма при болезни в совокупности образуют ее содержание.

Следует различать специфическое и общее содержание болезни. Специфическое содержание болезни есть то, что обусловливает и обусловливается именно этой болезнью, т.е. образует ее сущность. При этом сущностным содержанием будет именно совокупность специфического содержания, полнота его. Неполное содержание говорит о другой сущности и, значит, о другой болезни.

Как говорилось ранее, содержание болезни может реализовываться в виде повреждения тканей организма или в виде изменения регулирования и протекания физиологических процессов. Важнейший вопрос: а возможно ли изменение протекания физиологических процессов по отношению к нормальному функционированию в условиях отсутствия повреждения тканей организма в ходе данной конкретной болезни? Да, возможно, если ранее в ходе врожденной или приобретенной болезни развилась та или иная функциональная недостаточность.

Любое содержательное изменение в тканях или функционировании систем организма будет объективно проявляться, т.е. будут иметь место симптомы, которые можно обнаружить при опросе, физикальном обследовании, лабораторном либо инструментальном исследовании. Задача врача – выявить и дать верную оценку содержательным изменениям в организме.

Другая сторона явления «болезнь» – ее форма. Форма болезни реализуется в виде составляющих ее в совокупности патологических и приспособительно-восстановительных процессов. Как и содержание болезни, ее форма – это процессы, составляющие болезнь, которые могут быть как специфическими, определяющими сущность и присущими лишь этой болезни, так и общими, присущими типу болезни, либо болезни вообще. Специфические процессы в своей совокупности неизменно присутствуют, составляя типическую форму этой болезни, а общие процессы обеспечивают вариабельность ее форм при неизменных специфических чертах. Форма заболевания – это процессы ее образующие; в этом ее отличие от содержания, которое характеризуется наступлением того или иного состояния, проявляется длительностью протекания, локализацией, масштабом, направленностью.

Мы уже указывали, болезнь есть совокупность процессов повреждения или возмущения систем организма в результате действия внешних или внутренних факторов при условии исчерпания адаптивных возможностей, приводящих к нарушению функционирования организма, а значит, потери его равновесия и процессов восстановления утраченного равновесия. Таким образом, болезнь есть совокупность двух типов процессов – патологических и приспособительно-восстановительных (табл. 1).

Вышеуказанные процессы представляют собой формы существования болезней, вне этих процессов-форм болезнь не существует. Каждый из этих типов и подтипов процессов, в свою очередь, может подразделяться на виды, например процессы повреждения клетки, органов, функцио-нальной системы и т.д.

Болезнь, как правило, это не один процесс, а целый набор процессов в их последовательности и координации. То есть форма болезни – это процессы в определенной последовательности и взаимосвязи. Таким образом, процессы, образующие болезнь, есть элементы, слагающие ее. А последовательность их, координация и взаимосвязь между ними составляют структуру болезни. Содержанием болезни являются специфические, не свойственные здоровому, нормально функционирующему организму изменения, произошедшие в нем.

При этом понятно, что форма и содержание болезни представляют собой единое целое. Содержательные изменения в организме обусловлены соответствующими процессами и не могут происходить вне их. Отсутствие одного из компонентов означает выход организма из явления, называемого «болезнь». Так, если мы наблюдаем протекание какого-либо процесса в организме, но он не приводит к патологическому изменению, значит, мы не можем говорить о протекании болезни. С другой стороны, если мы видим наступившие патологические изменения, но никаких патологических процессов не происходит, значит, это уже не болезнь, а наступившая функциональная недостаточность. Форма и содержание только в совокупности образуют болезнь и полностью ее определяют. При наличии только формы или только содержания мы имеем дело не с болезнью, а чем-то иным.

Определим в связи с этим границы, в которых может существовать болезнь. Началом болезни выступает процесс повреждения или возмущения, окончанием – возвращение организма в равновесное состояние, к первоначальному функционированию, либо наступление функцио-

нальной недостаточности, либо смерти организма. Этиологический фактор не входит в границы болезни, однако знание о нем необходимо с точки зрения прекращения его воздействия; в этом смысле он является необходимой характеристикой болезни. Исходя из вышесказанного, определить природу болезни и классифицировать ее можно по набору составляющих патологических процессов и этиологическому фактору.

Ход болезни определяется ее второй составляющей – приспособительно-восстановительными процессами в организме.

Рассмотрим структуру, форму и содержание болезни на примере болезни Грейвса. Наиболее наглядно эти показатели можно представить с применением графического способа описания болезни (табл. 2).

Для начала – некоторые вводные пояснения, касающиеся выбранной нами болезни. Границами ее будем считать следующие этапы: начало – момент стимуляции тироцитов антителами (АТ) к рецептору тиреотропного гормона (ТТГ), окончание – прекращение нарушения регулирования выработки трийодтиронина и тироксина (радикальное лечение с удалением щитовидной железы или смерть пациента).

Пояснения к таблице 2

1. Патологические процессы.

• Процесс 1.1. Аутоиммунное стимулирование тироцитов АТ к рецептору ТТГ:
  • точка 1 – начало аутоиммунного стимулирования;
  • точка 2 – стойкое повышение нижнего базального уровня тиреоидных гормонов (ТГ) трийодтиронина и тироксина;
  • точка 3 – стойкое превышение верхнего уровня ТГ;
  • точка 4 – достижение максимального уровня выработки ТГ для данного больного;
  • точка 5 – окончание нарушения регулирования выработки ТГ.
• Содержание процесса 1.1. Повышение концентрации ТГ выше физиологического уровня:
  • точка 1 – повышение концентрации ТГ до максимально физиологического уровня;
  • точка 2 – превышение концентрации ТГ выше верхнего физиологического уровня;
  • точка 3 – достижение максимальной концентрации ТГ у конкретного пациента;
  • точка 4 – прекращение выработки ТГ.
• Процесс 1.2. Гипервоспроизводство (гиперметаболизм) тканей в органах-мишенях:
  • точка 1 – гиперметаболизм в органах-мишенях;
  • точка 2 – усиление гиперметаболизма в органах-мишенях;
  • точка 3 – максимальный гиперметаболизм в органах-мишенях;
  • точка 4 – снижение гиперметаболизма за счет истощения энергетических ресурсов;
  • точка 5 – прекращение гиперметаболизма.
• Содержание процесса 1.2. Усиление продуцирования клеток и тканей с одновременным их разрушением:
  • точка 1 – начало сдвига равновесия между анаболизмом и катаболизмом в сторону катаболизма;
  • точка 2 – выраженный сдвиг в сторону катаболизма;
  • точка 3 – дальнейший сдвиг метаболизма в сторону катаболизма на фоне максимального анаболизма с началом деградационных процессов в органах-мишенях;
  • точка 4 – ослабление метаболизма с усилением деградации;
  • точка 5 – прекращение процессов.

2. Приспособительно-восстановительные процессы.

• Процесс 2.1. Приспособление тироцитов к аутоиммунной гиперстимуляции АТ к рецепторам ТТГ:
  • точка 1 – начало гиперплазии тироцитов, подвергнутых аутоиммунной атаке;
  • точка 2 – массовая гиперплазия и гипертрофия тироцитов, подвергнутых аутоиммунной атаке;
  • точка 3 – достижение максимальной гиперплазии и гипертрофии тироцитов;
  • точка 4 – начало инволюции гипертрофированных и гиперплазированных тироцитов;
  • точка 5 – прекращение адаптивных реакций.
• Содержание процесса 2.1. Адаптация тироцитов к гиперстимулированию АТ к рецепторам ТТГ:
  • точка 1 – гипертрофия отдельных тироцитов при нормальном функционировании других тироцитов;
  • точка 2 – охват гиперплазией и гипертрофией всех тироцитов и увеличение размеров щитовидной железы;
  • точка 3 – максимальное увеличение размеров и количества тироцитов;
  • точка 4 – дегенерация тироцитов;
  • точка 5 – прекращение приспособительной реакции.
• Процесс 2.2. Изменение чувствительности клеточных структур органов-мишеней к повышенной концентрации ТГ.
  • точка 1 – начало процесса включения механизмов снижения чувствительности к повышенному уровню ТГ;
  • точка 2 – максимальная реализация адаптации к повышенному уровню ТГ;
  • точка 3 – срыв адаптации к повышенному уровню ТГ;
  • точка 4 – деградация механизмов адаптации;
  • точка 5 – прекращение адаптивных процессов.
• Содержание процесса 2.2. Обеспечение нормального уровня метаболизма клетки при повышенном уровне ТГ:
  • точка 1 – включение механизмов адаптации к повышенному уровню ТГ на клеточном уровне;
  • точка 2 – включение всех механизмов поддержания нормального внутриклеточного метаболизма при повышенном уровне ТГ;
  • точка 3 – патологическое повышение внутриклеточного метаболизма при высоком уровне ТГ;
  • точка 4 – дальнейшее нарастание патологического внутриклеточного метаболизма;
  • точка 5 – прекращение адаптации.

За пределами данного описания болезни Грейвса осталась, во-первых, болезнь иммунной системы, которая и привела к извращенной реакции – аутоиммунной атаке на собственные неизмененные (нормальные) тироциты. Во-вторых, осложнения болезни Грейвса – заболевания органов-мишеней для трийодтиронина и тироксина вследствие их гиперстимулирования. Аутоиммунная болезнь закончилась таким событием, как возникновение недостаточности иммунной системы в форме выработки аутоантител к собственным нормальным тироцитам. Осложнения болезни – это не продолжение болезни, а реализация их в двух возможных формах: возникновение новой болезни либо функциональная недостаточность органа или системы. Этиологической причиной этих двух форм является болезнь, вызвавшая эти осложнения. В данном случае осложнением болезни Грейвса будет поражение тех или иных органов-мишеней, например, со стороны сердечно-сосудистой системы – стойкая тахикардия, нарушения ритма по типу фибрилляции предсердий, сердечная недостаточность, развитие вторичной артериальной гипертензии, со стороны нервной и психической систем – мелко размашистый тремор, повышенная лабильность нервной системы вплоть до развития острого психоза, депрессия и др., со стороны печени – развитие токсического гепатита и др.

К ВОПРОСУ ОПТИМИЗАЦИИ МЕДИЦИНСКОЙ МЕТОДОЛОГИИ

Медицина оперирует в своей деятельности всего двумя методами – диагностикой и лечением. Рассмотрим их с точки зрения аналитической методологии на примере диагностики.

Диагностика – наука и практика определения заболеваний и функциональных недостаточностей, а также рисков развития заболеваний и состояния адаптивных возможностей организма. В соответствии с этим диагностика может быть клинической и профилактической. Остановимся в этой статье лишь на клинической диагностике.

В настоящее время общераспространенным, как и ранее, остается метод диагностики по «похожести». Это обусловлено существующими теоретическими знаниями о болезни как цельном нераздельном явлении, которому в совокупности присущ определенный набор симптомов. Понимаемая в настоящее время задача врача – выявить этот набор симптомов и постараться вспомнить, какому заболеванию он соответствует. Для облегчения этой задачи применяется метод «дифференциального диагноза», который должен помочь различить похожее. При этом всем известны издержки диагностики по «похожести»: болезнь в классическом проявлении (с точки зрения набора симптомов) встречается не всегда, часто наблюдаются симптомы, не соответствующие традиционным описаниям, дифференциальная диагностика не всегда позволяет отличить похожие заболевания, трудно проверить истинность диагноза.

Современные знания о болезни и функциональной недостаточности позволяют и требуют аналитической методики установления диагноза. Она предполагает следующий алгоритм.

1) На основе существующих симптомов установление самого факта наличия болезни. Это, в свою очередь, требует разработки соответствующих разделов семиотики.

2) При установлении факта наличия болезни происходит выявление патологических, этиологических, приспособительно-восстановительных процессов, ее образующих. Иными словами, рассматривается не болезнь целиком, а отдельные процессы, ее составляющие. Такой путь предполагает выявление процессов один за одним: в начале, исходя из существующих симптомов, их дополняют обнаруженными нарушениями в результате инструментальных и лабораторных исследований, затем, моделируя причины и следствия выявленных процессов, определяют эти причины и следствия. В ходе такого диагностирования врач проверяет себя, сравнивая выявленные по симптомам формы и содержания диагностируемых процессов, добиваясь их совпадения. На основе диагностируемых процессов врач синтезирует нозологическую форму болезни. Используя такой подход при постановке диагноза, мы получим не только наименование нозологической формы болезни, но и ее структуру, конкретный набор присутствующих в данный момент процессов, составляющих болезнь, степень развитости этих процессов.

Приведенная методология вовсе не отвергает в случаях ярко и типично выраженной клинической картины заболевания применения метода диагностики по «похожести», однако проверку истинности диагноза нужно вести аналитическим методом.

Реализация аналитического подхода к диагностике требует разработки в рамках семиотики теории симптомов болезни вообще, симптомов форм и содержания процессов болезни.

Очевидно, что типизация процессов, составляющих болезнь или функциональные нарушения, и соответственно симптомов этой болезни значительно сократит объем фактов, которыми должен оперировать врач, и тем самым облегчит ему работу.