По докладам XVIII Национального конгресса терапевтов: печень и эссенциальные фосфолипиды


DOI: https://dx.doi.org/10.18565/therapy.2023.10.166-170

В ноябре 2023 г. в Москве прошел XVIII Российский национальный конгресс терапевтов, в котором в очной и заочной форме приняли участие около 10 тыс. врачей. Программа трехдневного мероприятия охватывала максимально широкий спектр вопросов диагностики, профилактики и лечения внутренних болезней. В рамках конгресса состоялась сателлитная секция «Вклад стеатоза печени в развитие коморбидности» (при поддержке компании «Опелла Хелскеа»), вызвавшая большой интерес у специалистов.

ТАРГЕТНОСТЬ И ПЛЕЙОТРОПНОСТЬ

166-1.jpg (33 KB)Секцию открыл зав. кафедрой фармакологии и клинической фармакологии Санкт-Петербургского государственного химико-фармацевтический университета, д.м.н., профессор С.В. Оковитый докладом «Эссенциальные фосфолипиды: плейотропность или таргетность действия при НАЖБП». Назвав таргетность и плейотропность «фармакологическими идолами», эксперт сравнил эти свойства применительно к лекарственной терапии неалкогольной жировой болезни печени (НАЖБП).

«Таргетность – это все-таки целевое воздействие на что-то. В отличие от плейотропности, которая теоретически нам может помочь», – отметил докладчик.

За последние годы номенклатура хорошо знакомых врачам препаратов фосфодитилхолина заметно расширилась. Повышенное внимание к фосфолипидам связано с тем, что в случае развития НАЖБП состав этих соединений сильно меняется, причем не только в печени: начинают преобладать окисленные фосфолипиды, иным становится их соотношение, в частности фосфодитилхолина и фосфадитилэтаноламина. Поэтому регуляция состава фосфолипидов в организме путем их экзогенного введения является одной из тактик лечения пациентов с НАЖБП. Важно, что при этом он изменяется как в печени, так и в других органах и тканях1.

Недостаток фосфодитилхолина может отрицательно сказываться на функционировании клетки, в том числе способствовать формированию липидных капель за счет нарушения механизмов аутофагии. Их накопление, в свою очередь, создает условия для повреждения мембран гепатоцитов, вызывая лизис клеток. Эти негативные явления можно купировать с помощью эссенциальных фосфолипидов (ЭФЛ)2.

К другим возможным последствиям недостатка фосфодитилхолина относят стресс эндоплазматического ретикулума и митохондриальную дисфункцию – одни из ключевых механизмов формирования патологии печени. Важным элементом поддержания воспаления в печени также выступают окисленные фосфолипиды. При этом экзогенные фосфолипиды, хотя и не решают проблему окислительного стресса, могут уменьшать воспаление эндогенных фосфолипидов и тем самым снижать их повреждение3.

С 1988 по 2020 г. были опубликованы 53 исследования, посвященные применению ЭФЛ при НАЖБП, из них 45 – в XXI в. В наблюдательном исследовании MANPOWER (2018 г.) наблюдалоcь улучшение состояния печени по результатам ультразвукового исследования (УЗИ) на фоне приема препарата Эссенциале Форте Н4. В пяти рандомизированных контролируемых исследованиях была показана способность этого лекарственного препарата уменьшать степень стеатоза печени5.

Данные, полученные в 2023 г., позволили установить влияние ЭФЛ на состав кишечного микробиома. По-видимому, действие содержащих их препаратов распространяется не только на печень, но и кишечник. Более того, введение экзогенных фосфолипидов позволяет влиять на липидный и углеводный обмен, а также на метаболом6. Именно антистеатозное действие является ключевым для препаратов ЭФЛ.

В исследовании под руководством академика И.В. Маева ЭФЛ использовались как дополнение к другим препаратам и продемонстрировали свое адъювантное действие. Оно реализуется напрямую за счет изменения микробиома и опосредованно через изменения кинетики тех лекарственных средств, которые назначаются вместе с ЭФЛ7. Это дает возможность использовать их (и весьма широко) в комбинированной терапии, так как ЭФЛ совместимы со всеми известными на сегодня лекарствами.

Таким образом, заключил эксперт, преимущества препаратов ЭФЛ чаще проявляются в составе комбинированной терапии в виде потенцирования эффекта основных методов лечения заболеваний печени, достижения суррогатных точек терапии, улучшения переносимости фармакотерапии и уменьшении побочных явлений при снижении дозировок препаратов. Большое значение при этом имеет также сокращение времени и числа попыток, требуемых для подбора подходящего лечения, что способствует повышению уверенности врача и доверия к терапии со стороны пациента. Дополнительным «терапевтическим бонусом» становится возможность назначения при гепатопатологии фиксированных комбинаций лекарственных средств в одной таблетке, упрощающая режим терапии и повышающая приверженность пациентов лечению.

В БОРЬБЕ С ВОСПАЛЕНИЕМ

167-1.jpg (29 KB)Зав. кафедрой госпитальной терапии Чувашского государственного университета им. И.Н. Ульянова, главный внештатный специалист терапевт и гастроэнтеролог Минздрава Чувашии, член президиума РНМОТ, профессор, д.м.н. Л.В. Тарасова выступила с докладом «Обратимая стадия НАЖБП: диагностика и коррекция на клинических примерах».

Эксперт сослалась на работу красноярских исследователей под руководством профессора В.В. Цуканова, согласно которой больные с ожирением и сахарным диабетом (СД) априори имеют НАЖБП или метаболически ассоциированную жировую болезнь печени, тогда как у пациентов с нормальной массой тела для постановки этого диагноза необходим скрининг метаболических факторов (артериального давления, окружности талии, уровня триглицеридов, холестерина, инсулинорезистентности и т.д.)8.

Помимо ассоциации с заболеваниями сердца, почек, НАЖБП довольно тесно связана и с развитием патологий кишечника (ось «кишечник–печень»). Так, распространенность НАЖБП у пациентов с неспецифическим язвенным колитом (НЯК)/ болезнью Крона (БК) может достигать 40%9. У 10% больных с НЯК/БК отмечается фиброз печени9. Еще одно понятие, к которому, по словам Л.В. Тарасовой, терапевтам нужно привыкать, – остаточный риск атеросклеротических сердечно-сосудистых заболеваний (AССЗ): он обусловлен не только атеросклеротическими поражениями сердца, сосудов, венозными тромбозами, артериальной гипертонией, СД, дислипидемией, но и воспалительными заболеваниями кишечника.

Исследования частоты выявления маркеров эндотелиальной дисфункции у пациентов с воспалительными заболеваниями кишечника показывают, что при БК она составляет 85,3%, а при НЯК – 79,4%10. Другие работы связывают НАЖБП с атеросклерозом, причем именно первая становится причиной второго, а не наоборот11.

Негативный сценарий стеатоза печени включает три основные группы факторов – дислипидемию, повышенный уровень цитокинов и гиперкоагуляцию, которые начинают агрессивно влиять на миокард, вызывая не только сосудистые повреждения, но и ишемическую болезнь сердца (ИБС), нарушения ритма, сердечную недостаточность и т.д. Кальциноз клапанов сердца у пациентов с НАЖБП встречается в 3,5 раза чаще, при этом опять же НАЖБП выступает его первопричиной12.

Исследования показали, что четырехлетняя сердечно-сосудистая смертность среди лиц с НАЖБП значительно превышает аналогичные показатели у пациентов без этого заболевания13. Это означает, что соответствующие больные находятся в группе повышенного кардио­васкулярного риска. В целом же основной причиной смерти пациентов с НАЖБП являются не только кардиологические, но и злокачественные заболевания (ЗНО), а также осложнения цирроза и гепатоцеллюлярной карциномы14.

В связи с вышесказанным пациентов с НАЖБП на стадии стеатоза необходимо активно лечить для предотвращения его перехода в стеатогепатит или стеатогепатит с фиброзом. Одно из направлений такого лечения – борьба с ожирением, которое грозит развитием СД, поражением печени, сердечно-сосудистыми осложнениями и т.д. В таких случаях рекомендованы нормализация веса, правильный режим физической активности и питания, а также медикаментозная поддержка печени. Однако следовать этим рекомендациям не всегда бывает просто, особенно в части снижения массы тела.

В России в настоящее время зарегистрированы как монокомпонентные, так и комбинированнные гепатопротекторы. В ряду однокомпонентных препаратов этой группы с хорошей доказательной базой одно из ведущих мест занимают препараты ЭФЛ, которые обладают мембраностабилизирующим, антиоксидативным и антифибротическим действием, необходимым для уменьшения стеатоза печени. Эти эффекты ЭФЛ подтверждены рандомизированными клиническими исследованиями5.

Говоря о продолжительности применения ЭФЛ при лечении пациентов со стеатозом печени, эксперт отметила, что, согласно большинству исследований, она должна составлять не менее 3 мес. При этом оптимальная длительность терапии – 6 мес при условии приема препарата в дозировке 1800 мг 3 раза/ сут. Коснувшись темы инъекций ЭФЛ, Л.В. Тарасова акцентировала внимание на том, что препарат нельзя разводить электролитными растворами и применять внутримышечно. При парентеральном использовании ЭФЛ вводят только внутривенно.

Завершая доклад, профессор напомнила, что сразу четыре российских медицинских профессиональных сообщества включили применение ЭФЛ в методические рекомендации по ведению пациентов с НАЖБП15. Также она выразила уверенность, что в ближайшее время ЭФЛ будут рекомендованы не только для лечения, но и профилактики этого заболевания.

ПРЕДОТВРАЩЕНИЕ РИСКОВ

168-1.jpg (33 KB)Зав. кафедрой госпитальной терапии и кардиологии Пермского государственного медицинского университета, д.м.н., профессор, член-корр. РАН О.В. Хлынова представила доклад «НАЖБП – пример облигантной коморбидности (следуем клиническим рекомендациям)». НАЖБП сегодня страдает от 13 до 27–30% людей в мире. В России ту или иную форму данной патологии печени имеет примерно каждый четвертый взрослый человек16.

К настоящему времени известно, что НАЖБП сопряжена не только с печеночными, но и социально значимыми кардио­метаболическими рисками, ведущими к инвалидизации и смерти пациентов, причем эти риски могут быть реализованы уже на стадии стеатоза. В соответствии с данными метаанализов и обзоров 2010–2022 гг. НАЖБП значительно увеличивает угрозу кардиоваскулярных осложнений и в три раза повышает вероятность сердечно-сосудистой смерти17.

НАЖБП напрямую ассоциируется с такими коморбидными заболеваниями, как метаболический синдром, артериальная гипертензия, ожирение, ИБС, желчнокаменная болезнь, СД, гастроэзофагеальная рефлюксная болезнь и даже псориаз (поэтому связь состояния кожи и печени требует повышенного внимания). В женской популяции НАЖБП ассоциируется еще и с синдромом поликистозных яичников18.

Помимо этого, пациенты с НАЖБП находятся в группе риска по ЗНО, причем не только со стороны желудочно-кишечного тракта19–22. Есть сведения, что 74% больных НАЖБП страдают также синдромом обструктивного апноэ сна, таящего опасность развития фатальных нарушений ритма сердца и коронарных катастроф23.

По данным одного из ретроспективных исследований, у пациентов со стеатозом показатели заболеваемости остеопорозом возрастают в 1,5 раза24. Имеется доказательная база, что у мужчин НАЖБП в 45% случаев сопутствует нарушениям эректильной функции, в том числе и в части качества эякулята25. Репродуктивное здоровье страдает и у женщин с этим заболеванием печени25.

Ретроспективная оценка данных, проведенная в Китае, показала, что у пациентов с НАЖБП в шесть раз повышен риск тяжелого течения COVID-1926.

Еще один частый спутник НАЖБП – неврологические заболевания. Например, болезнь Альцгеймера априори ассоциирована с возрастом и имеет патогенетическую связку с развитием НАЖБП. Существуют клинические исследования, подчеркивающие связь нейродегенеративных процессов мозга с этой патологией печени. Она может приводить к уменьшению объема мозга, а этот показатель служит одним из критериев раннего старения27. Когнитивные функции у пациентов с НАЖБП также определенно снижены28.

Таким образом, нет сомнения, что НАЖБП – это коморбидное состояние, а коморбидные больные – пациенты участкового терапевтического звена. В связи с этим О.В. Хлынова очертила тактику действий врача по выявлению и лечению соответствующих пациентов.

Шаг № 1: скрининг на НАЖБП пациентов из групп риска. Очень хороший критерий для этого представлен командой академика И.В. Маева – ST-индекс в цифровом варианте. Когда его значение превышает 0,41, очень велика вероятность наличия у больного НАЖБП, а следовательно, его нужно направлять на дальнейшее углубленное обследование.

Шаг № 2: выявление факторов риска НАЖБП путем проведения рутинных исследований – УЗИ, трансабдоминального УЗИ, оценки гепатологических маркеров в биохимическом анализе крови.

Шаг № 3: после выявления у пациента НАЖБП необходимо проведение соответствующей терапии препаратами с благоприятным профилем безопасности, воздействующими не только на гепатоциты, но и патогенетические звенья сердечно-сосудистых осложнений. При этом целью лечения является уменьшение выраженности стеатоза и предотвращение перехода заболевания в стадии стеатогепатита, фиброза и цирроза, а также снижение риска кардиоваскулярных осложнений.

Исследование Manpover показало, что прием ЭФЛ не менее 3 мес в сочетании с основной кардиологической терапией вызывал у пациентов с НАЖБП снижение показателей стеатоза по результатам УЗИ. Чем дольше пациенты применяли такую терапию, тем более выраженной у них была регрессия стеатоза печени29. Поэтому уже на стадии стеатоза нужно серьезно и ответственно подходить к лечению таких больных.

Обзор по выступлениям – Елена Яковлева, Бионика Медиа


Литература


1 Yki-Jarvinen H. Non-alcoholic fatty liver disease as a cause and a consequence of metabolic syndrome. Lancet Diabetes Endocrinol. 2014; 2(11): 901–10.


2 Arendt B.M., Ma D.W., Simons B. et al. Non-alcoholic fatty liver disease is associated with lower hepatic and erythrocyte ratios of phosphatidylcholine to phosphatidylethanolamine. Appl Phisiol Nutr Metab. 2013; 38(3): 334–40.


3 Bochkov V., Gesslbauer B., Mauerhofer C. et al. Pleiotropic effects of oxidized phospholipids. Free Radic Biol Med. 2017; 111: 6–34.


4 Ивашкин В.Т., Маевская М.В., Павлов Ч.С. с соавт. Клинические рекомендации по диагностике и лечению неалкогольной жировой болезни печени Российского общества по изучению печени и Российской гастроэнтерологической ассоциации. Российский журнал гастроэнтерологии, гепатологии, колопроктологии. 2016; 26(2): 24–42.


5 Gonciarc Z., 1988; Li C.H., 2000; Yic D., 2000; Sun C., 2008; Yan W., 2009.


6 Плотникова Е.Ю., Сухих А.С. Липиды: гепатопротекторы, точки приложения, фармакологические эффекты. Гастроэнтерология. Приложение к журналу Consilium Medicum. 2016; (1): 5–11.


7 Maev I.V., Samsonov A.A., Palgova L.K. et al. Real-world comorbidities and treatment patterns among patients with non-alcoholic fatty liver disease receiving phosphatidylcholine as adjunctive therapy in Russia. BMJ Open Gastroenterol. 2019; 6(1): e000307.


8 Цуканов В.В., Васютин А.В., Тонких Ю.Л. Новые аспекты неалкогольной жировой болезни печени. Доктор.Ру. 2021; 20(4): 33–39.


9 Chao C.Y., Battat R., Al Khoury A. et al. Co-existence of non-alcoholic fatty liver disease and inflammatory bowel disease: A review article. World J Gastroenterol. 2016; 22(34): 7727–34.


10 Бабаева Г.Г., Бабаев З.М. Частота выявления некоторых маркеров эндотелиальной дисфункции у больных с воспалительными заболеваниями кишечника. Терапевтический архив. 2018; 90(4): 12–16.


11 Mantovani A., Ballestri S., Lonardo A., Targher G. Cardiovascular disease and myocardial abnormalities in nonalcoholic fatty liver disease. Dig Dis Sci. 2016; 61(5): 1246–67.


12 Дедов И.И., Шестакова М.В., Сунцов Ю.И. с соавт. Результаты реализации подпрограммы «Сахарный диабет» Федеральной целевой программы «Предупреждение и борьба с социально значимыми заболеваниями 2007–2012 годы». Сахарный диабет. 2013; (2S): 2–48.


13 Zhou Y.J., Li Y.Y., Nie Y.Q. et al. Natural course of nonalcoholic fatty liver disease in southern China: A prospective cohort study. J Dig Dis. 2012; 13(3): 153–60.


14 Комиссаренко И.А., Левченко С.В. Коморбидный пациент с неалкогольной жировой болезнью печени. М.: Прима Принт. 2022; 84 с.


15 Клинические рекомендации РОПИП, 2013; РГА 2016; НОГР 2017; НОГР, РНМОТ 2022.


16 Маев И.В., Андреев Д.Н., Кучерявый Ю.А. Распространенность неалкогольной жировой болезни печени в России: метаанализ. Consilium Medicum. 2023; 25(5): 313–319.


17 Лю К.М., Хлынова О.В. Коморбидность НАЖБП и ГЭРБ как кардиометаболический феномен. Экспериментальная и клиническая гастроэнтерология. 2021; (10): 49–54.


18 Ливзан М.А., Сыровенко М.И., Кролевец Т.С. Неалкогольная жировая болезнь печени и женское здоровье. РМЖ. Медицинское обозрение. 2023; 7(5): 310–317.


19 Kim G.A., Lee H.C., Choe J. et al. Association between non-alcoholic fatty liver disease and cancer incidence rate. J Hepatol. 2017: S0168-8278(17)32294-8.


20 Yang H.J., Chang Y., Park S.K. et al. Nonalcoholic fatty liver disease is associated with increased risk of reflux esophagitis. Dig Dis Sci. 2017; 62(12): 3605–13.


21 Qin J.J., Ding W.J. Nonalcoholic fatty liver disease and its relevant factors increased the risk of gallstone disease: A systematic review and meta-analysis. Int J Clin Exp Med. 2016; 9: 3009–16.


22 Yoon S.B., Lee I.S., Choi M.H. et al. Impact of fatty liver on acute pancreatitis severity. Gastroenterol Res Pract. 2017; 2017: 4532320.


23 Benotti P., Wood O.C., Argiropoulos G. et al. The impact of obstructive sleep apnea on nonalcoholic fatty liver disease in patients with severe obesity. Obesity (Silver Spring). 2016; 24(4): 871–77.


24 Chen H.J., Yang H.Y., Hsueh K.C. et al. Increased risk of osteoporosis in patients with nonalcoholic fatty liver disease. Medicine (Baltimore). 2018; 97(42): e12835.


25 Li. Y., Liu L., Wang B. et al. Non-alcoholic fatty liver disease and alteration in semen quality and reproductive hormones. Eur J Gastroenterol Hepatol. 2015; 27(9): 1069–73.


26 Ji D, Qin E, Xu J et al. Non-alcoholic fatty liver diseases in patients with COVID-19: A retrospective study J Hepatol. 2020; 73(2): 451–53.


27 Kim D.G., Krenz A., Toussaint L.E. et al. Non-alcoholic fatty liver disease induces signs of Alzheimer’s disease (AD) in wild-type mice and accelerates pathological signs of AD in an AD model. J Neuroinflammation. 2016; 13: 1.


28 Bugnicourt J.M., Godefroy O., Chillon J.M. et al. Cognitive disorders and dementia in CKD: The neglected kidney-brain axis. J Am Soc Nephrol. 2013; 24(3): 353–63.


29 Gonciarz Z., Besser P., Lelek E. et al. Randomised placebo-controlled double blind trial on «essential» phospholipids in the treatment of fatty liver associated with diabetes. Med Chir Dig. 1988; 17(1): 61–65.


Бионика Медиа