ISSN 2412-4036 (print)
ISSN 2713-1823 (online)

Клиническое значение нитевидных структур (экскреценций Ламбла) на створках клапанов сердца

Алехин М.Н., Сидоренко Б.А.

ФГБУ Учебно-научный медицинский центр УД Президента РФ, 121359 Москва, ул. Маршала Тимошенко, 21
Представлен обзор литературы, посвященный клиническому значению нитевидных структур (экскреценций Ламбла) на створках клапанов сердца, которые выявляются при чреспищеводной эхокардиографии (ЧП-ЭхоКГ). Анализируется частота выявления этих структур при патоморфологическом исследовании и ЧП-ЭхоКГ, обсуждаются гистологическое строение этих структур, возможные механизмы их образования, а также механизмы развития эмболических осложнений, обусловленных этими структурами. Большое внимание уделено имеющимся данным о связи этих структур с инсультами. Представлена дифференциальная диагностика этих структур с другими патологическими образованиями на створках клапанов при ЧП-ЭхоКГ.

Ключевые слова

экскреценции Ламбла
клапаны сердца
инсульт
чреспищеводная эхокардиография

Все более широкое применение чреспищеводной эхо­кардиографии (ЧП-ЭхоКГ), обладающей высоким вре­менным и пространственным разрешением, приводит к пересмотру распространенности и клинического зна­чения некоторых внутрисердечных образований. При ЧП-ЭхоКГ на клапанах сердца, преимущественно мит­ральном и аортальном, в ряде случаев регистрируются тонкие (1—2 мм), нитевидные (длиной более 10 мм), подвижные дополнительные эхопозитивные структу­ры, нередко множественные, которые прикрепляются к створкам клапанов сердца в местах их коаптации (рису­нок, см. цветную вклейку). Эти структуры представляют собой экскреценции Ламбла (ЭЛ). Настоящий обзор посвящен анализу данных литературы о клиническом значении ЭЛ.

В 1856 г. физиолог из Богемии (Чехия) Vilém Dušan Lambl первым сообщил о наличии небольших нитевид­ных структур на желудочковой стороне неизмененных и патологически измененных створок аортального клапана (АК) [1]. ЭЛ позднее были описаны на всех клапанах сердца, но чаще они встречаются на клапанах левого сердца. При патологоанатомических исследованиях ЭЛ на неизмененных клапанах сердца выявлялись в 70—90% случаев: на митральном клапане (МК) — от 70 до 85%, на аортальном — от 62 до 90% и на клапанах правых отделов сердца – от 8 до 20% [2—4]. На атриовентрикулярных кла­панах ЭЛ обычно располагаются в местах соприкоснове­ния створок, а на полулунных клапанах могут встречаться на всей поверхности полулуний. ЭЛ представляют собой тонкие (1—2 мм толщиной), нитевидные (длиной 10 мм и более), подвижные структуры, нередко множественные, которые прикрепляются к створкам клапанов сердца в местах их коаптации, на предсердной стороне атриовен­трикулярных клапанов и на желудочковой стороне полу­лунных клапанов.

ЭЛ встречаются у лиц разного возраста. По данным J.F. Nistal и соавт. [5, 6], частота выявления ЭЛ на АК увеличивается с возрастом и ассоциируется с боль­шим содержанием кальция в створках. Однако позднéе в исследованиях с применением ЭхоКГ эти данные не нашли подтверждения [7].

ЭЛ состоят из соединительнотканной сердцевины — коллагеновых и эластичных волокон c гиалиновыми включениями, покрытых эндотелием [2—4]. В работах с использованием электронной микроскопии частота выявления ЭЛ на неизмененных клапанах достигает 90% [4]. При этом выделяют две формы ЭЛ в зависимости от характера их роста: нитевидные и пластинчатые [4, 8]. Нитевидные встречаются чаще (80%) пластинчатых форм [8]. ЭЛ в 90% случаев прикреплялись к свободной части коаптационной поверхности створок, в 7% случаев — к соединительнотканным узелкам Аррантиуса и в 3% — к подузелковой части коаптационной поверхности ство­рок [8].

Причина образования клапанных экскреценций оста­ется неясной. Постоянный изгиб и деформация ство­рок могут приводить к разрывам субэндокардиальных коллагеновых и эластичных волокон с их последующей эндотелизацией [2—4]. Этим может быть объяснено пре­имущественное расположение ЭЛ на клапанах левого

F.R. Magarey [3] на основе патологоанатомического иссле­дования пришел к выводу, что ЭЛ чаще обнаруживаются с увеличением возраста. Исходя из этого он предположил, что ЭЛ формируются на поврежденной эндокардиальной поверхности клапанов из отложений фибрина, который в последующем частично отделяется от клапана, уплот­няется, гиалинизируется и, в конечном счете, фибрози­руется. В свежих отложениях фибрина встречаются эрит­роциты и лейкоциты. F.R. Magarey сообщил также, что ЭЛ обычно обнаруживаются на утолщенных клапанах и предрасполагают к растрескиванию их эндокардиальной поверхности с увеличением ее тромбогенности.

Однако наличие ЭЛ на нормальных клапанах в первые годы жизни и примерно одинаковая частота их выявления в разных возрастных группах позволяет предположить, что они образуются не только при повреждении или не связаны с возрастными процессами. Кроме того, по дан­ным некоторых эхокардиографических исследований, ЭЛ были более свойственны неизмененным, а не утолщен­ным клапанам [7].

Экскреценции Ламбла и эмболические осложнения. D. Fitzgerald и соавт. [9] сообщили о случае эмболии под­коленной артерии. Удаленный хирургически эмбол пред­ставлял собой конгломерат нитевидных структур, при гистологическом исследовании которого были выявлены множественные ЭЛ. Позднее в ряде работ была показана ассоциация между ЭЛ и эмболическими осложнениями в различных сосудистых бассейнах: в глазничной артерии, коронарных артериях, сосудах мозга и легких [10, 11].

ЭЛ могут быть выявлены при жизни только с помо­щью ЧП-ЭхоКГ. R.J. Lee и соавт. [12] первыми описали нитевидные структуры на МК при ЧП-ЭхоКГ у 11 (22%) пациентов из 50 с эмболией сосудов мозга в анамнезе и высоким риском развития инсульта по клиническим признакам. У 9 из 11 пациентов имелись утолщение и кальциноз створок клапанов. В данной работе R.J. Lee и соавт. назвали эти структуры «strands» и высказали пред­положение об идентичности этих структур ЭЛ, описан­ным при патологоанатомических исследованиях. Позднее

R.S. Freedberg и соавт. [7] ретроспективно оценили серию из 1559 пациентов, которым были выполнены ЧП-ЭхоКГ исследования в течение 2 лет, и обнаружили ЭЛ на МК у 63 (4%) пациентов. Кроме того, у 26 (1,7%) пациентов ЭЛ были обнаружены на АК. У пациентов, которым выпол­няли ЧП-ЭхоКГ по поводу перенесенных эмболических осложнений (10,6%), ЭЛ обнаруживались чаще, чем у пациентов, направленных на обследование по поводу иных причин (2,3%). Необходимо отметить, что в это исследование вошли пожилые пациенты с высокой часто­той протезированных и измененных клапанов (более 10% от всех обследованных) и эти факторы могли внести сущес­твенный вклад, независимо от наличия ЭЛ. Несмотря на эти ограничения, авторы пришли к выводу, что ЭЛ МК ассоциированы с системными эмболиями. Аналогичный вывод сделали F.D. Tice и соавт. [13], проанализировав данные ЧП-ЭхоКГ у 968 пациентов. При этом авторы обнаружили, что у больных, направленных на ЧП-ЭхоКГ по поводу предшествующих эмболий, ЭЛ МК выявлялись чаще, чем у остальных пациентов (6,3 и 0,3% соответст­венно). У пациентов с эмболическими осложнениями в возрасте 50 лет и моложе частота выявления ЭЛ на МК составила 16%. На этом основании авторы сделали вывод, что эмболические осложнения у пациентов с ЭЛ более свойственны пациентам данной возрастной группы.

C.A. Roldan и соавт. [14] сообщили о значительно более высокой частоте выявления ЭЛ (42%) по сравнению с предшествовавшими работами, в которых частота была менее 22% [7, 12, 15, 16]. Наряду с этим C.A. Roldan и соавт. не подтвердили связи между эмболическими осложнениями и ЭЛ у лиц разного пола и возраста. В другой работе в группе пожилых лиц с мозговыми инсуль­тами нитевидные структуры на МК выявлялись чаще (22,5%), чем в контрольной группе (12,1%) [16]. При этом нитевидные структуры МК не являлись независимым предиктором мозговых инсультов у лиц 60 лет и старше (относительный риск 1,3 при 95% доверительном интер­вале от 0,5 дo 3,0; р=0,54) [16]. Таким образом, несмотря на отсутствие строгих доказательств того, что ЭЛ служат причиной мозговых инсультов, в нескольких исследова­ниях обнаружена связь между наличием ЭЛ и мозговыми инсультами, особенно у молодых пациентов [7, 12, 13, 17]. Возможными механизмами эмболических осложне­ний является отрыв собственно ЭЛ или формирование тромбов на экскреценциях с последующей эмболией. Имеются сообщения в пользу первого и второго меха­низмов формирования эмболов [9, 18]. Однако точный механизм ассоциации между ЭЛ и мозговыми инсультами остается невыясненным.

Тактика ведения таких пациентов не разработана. A. Cohen и соавт. [16] в нерандомизированном иссле­довании показали, что наличие нитевидных структур не увеличивает риск повторного инсульта у пациентов 60 лет и старше. В литературе имеются наблюдения, в которых показано, что у больного инсультом на фоне терапии ацетилсалициловой кислотой в дозе 100 мг через 10 дней наблюдалось исчезновение нитевидных структур на клапанах сердца [19]. В других исследованиях ЭЛ на протяжении нескольких лет оставались неизменными [20]. В многоцентровом двойном слепом рандомизиро­ванном исследовании S. Homma и соавт. [21] у больных, перенесших инсульт, установили, что на фоне меди­каментозной терапии частота повторных инсультов и летальных исходов была одинаковой у пациентов с нали­чием нитевидных структур на клапанах и без таковых. При этом хирургических вмешательств по поводу ните­видных структур на клапанах сердца не проводилось. В то же время при сравнении эффективности терапии вар­фарином и ацетилсалициловой кислотой существенных различий выявлено не было. Однако поскольку в этом исследовании терапию получали все пациенты, осталось невыясненным, влияет ли медикаментозная терапия на частоту развития осложнений.

Наряду с этим в литературе имеются отдельные сооб­щения о выполнении хирургических вмешательств на клапанах по поводу ЭЛ у пациентов с эмболическими осложнениями [22, 23]. Эти же авторы считают необходи­мым хирургически удалять ЭЛ у пациентов с повторными инсультами. В ряде сообщений указывается на удаление ЭЛ хирургическим путем у пациентов, у которых опера­ция была выполнена по другим причинам [24, 25].

Нитевидные образования структур, имплантированных в сердце. При ЧП-ЭхоКГ протезированных клапанов нередко выявляются нитевидные структуры, подобные ЭЛ [7, 26–29]. Обычно эти нитевидные структуры шири­ной 1–2 мм и длиной несколько миллиметров представ­ляют собой подвижные линейные эхопозитивные струк­туры, прикрепленные к пришивному кольцу протеза или к его элементам. Эти нитевидные структуры отчетливо отличаются по форме и размерам от более крупных веге­таций и тромбов. Они также отличаются и от шовных элементов, которые обычно короче, ярче и расположены в регулярном порядке вокруг пришивного кольца. Эти нитевидные структуры явно отличаются и от микропу­зырьков, образующихся при работе клапанных протезов. Микропузырьки выглядят как яркие, высокоподвиж­ные эхосигналы, которые быстро движутся от клапана в момент его закрытия. Нитевидные же структуры фикси­рованы к клапану и регистрируются постоянно в той же позиции на клапане от цикла к циклу.

Частота выявления нитевидных структур на протезиро­ванных клапанах сердца, по разным данным, колеблется от 5,5% [7] до 43% [27]. При этом нитевидные структуры чаще выявляются на механических клапанах и в митраль­ной позиции [7, 28, 29]. Частота выявления нитевидных структур на протезах клапанов не зависит от типа про­теза и времени с момента его установки [30]. По данным некоторых ранних работ, при повторных исследованиях нитевидные структуры на клапанных протезах визуализируются непостоянно [26]. Следует отметить, что в этих ранних исследованиях в значительном числе случаев использовались моноплановые и биплановые чреспищеводные датчики. Они имеют ограниченные возможности в выведении позиций по сравнению с многоплановыми датчиками, и невыявление нитевидных структур при повторных исследованиях могло быть этим обусловлено.

D.A. Orsinelli и A.C. Pearson [28] выявляли нитевидные структуры на протезированном МК при ЧП-ЭхоКГ у 214 пациентов с частотой 26%. Эти структуры встре­чались у пациентов с эмболическими осложнениями достоверно чаще, чем у пациентов, которым ЧП-ЭхоКГ выполняли по другим причинам (53 и 15% соответствен­но; p=0,0004). L.R. Isada и соавт. [29] также установили связь между выявлением нитевидных структур протези­рованных клапанов сердца и эмболическими осложнени­ями на небольшой группе пациентов. Однако некоторым авторам не удалось выявить связи между нитевидными структурами на протезированных клапанах и эмболичес­кими осложнениями [26].

Нитевидные структуры на протезированных клапанах при ЧП-ЭхоКГ очень похожи на нитевидные структуры на нативных клапанах сердца, которые были описаны Vilém Dušan Lambl (ЭЛ). Однако вопрос об их иден­тичности остается открытым. Это нашло отражение и в терминологии. Если нитевидные структуры на нативных клапанах обычно называют ЭЛ, то структуры, идентич­ные эхокардиографически при ЧП-ЭхоКГ на протезах и на других экстракардиальных структурах (например, на электродах кардиостимулятора), обычно называют «strands» (нитевидные структуры). Отдельные патолого­анатомические исследования этих нитевидных структур хирургически удаленных протезов показали, что основ­ным компонентом этих структур является фибрин [28].

F. Victor и соавт. [31] обнаружили у 5 (29%) из 17 пациентов с имплантированными кардиостимуляторами нитевидные структуры, подобные ЭЛ. У 4 пациентов эти структуры были единичными, а у одного имелось две нитевидные структуры шириной 1–2 мм и длиной 3–5 мм, которые прикреплялись к электроду кардиостимулятора. Все структуры располагались на той части электрода, которая была в предсердии. Трехстворчатый клапан у всех пациентов изменен не был.

Дифференциальная диагностика с другими допол­нительными образованиями на клапанах сердца. Дифференциальный диагноз ЭЛ следует проводить с тромбами, вегетациями, оторвавшейся хордой, метаста­тическим поражением, миксомой, фиброэластомой и другими первичными опухолями сердца [32].

Основными показаниями к выполнению ЧП-ЭхоКГ являются подозрение на кардиальный генез эмболии и инфекционный эндокардит. Вегетации при инфекци­онном эндокардите прикрепляются к клапанам серд­ца и нередко по характеру движения напоминают ЭЛ. Несмотря на то что обычно диаметр вегетаций у больных с подозрением на инфекционный эндокардит превышает 3 мм, их бывает непросто отдифференцировать от ЭЛ, особенно при небольших размерах вегетаций и в дебюте заболевания. В таких случаях вегетации, в отличие от ЭЛ, могут исчезнуть или наоборот прогрессировать со време­нем [33]. Важно отметить, что в исследованиях с большим количеством ЧП-ЭхоКГ, проведенных по поводу инфек­ционного эндокардита, ЭЛ обычно не рассматривают как причину ложноположительных результатов [34—36].

ЭЛ достаточно просто отличить от разрыва хорд. Оторвавшаяся хорда обычно имеет толщину более 3 мм, сопровождается эксцентричной регургитацией и пролап­сом соответствующей створки, которая нередко бывает миксоматозно утолщена [14].

ЭЛ больших размеров называют гигантскими (giant) ЭЛ и их бывает трудно отличить от папиллярной фиброэлас­томы [18, 37]. Следует отметить, что в литературе обсуж­дается вопрос об идентичности ЭЛ и фиброэластомы. Некоторые исследователи пришли к выводу об их гис­тологическом сходстве [38—40], другие же полагают, что эти структуры различны [37, 41]. Несмотря на гистологи­ческое сходство этих структур, они существенно различа­ются по ряду эхоморфологических признаков, в частнос­ти по их локализации и размерам. Эхокардиографически фиброэластома определяется как более объемное образование с ножкой или на толстом основании, в отличие от нитевидных ЭЛ. Фиброэластома имеет бóльшие размеры по сравнению с ЭЛ, которая обычно менее 1 см, но может достигать 3–4 см [42]. Фиброэластома обычно располага­ется на той части створки клапана, которая не участвует собственно в смыкании створок; обычно это средняя часть клапана. ЭЛ всегда располагаются на коаптацион­ной поверхности клапана, что ограничивает их рост [10]. ЭЛ встречаются значительно чаще, чем фиброэластома, и нередко бывают множественными [43]. ЭЛ и папилляр­ная фиброэластома обычно не приводят к дисфункции клапана.

Таким образом, ЭЛ представляют собой нитевидные образования у взрослых лиц, нередко выявляемые при ЧП-ЭхоКГ на клапанах сердца в виде структур, прикреп­ленных к коаптационной поверхности створок. Чаще всего они множественные и располагаются на МК и АК, могут быть и на протезированных клапанах. Редко ЭЛ встре­чаются на трехстворчатом или легочном клапане [44, 45].

Несмотря на неоднократные указания в литературе на бóльшую частоту встречаемости ЭЛ у больных с инсульта­ми и ряд публикаций, в которых эти образования высту­пали в качестве эмболов, вопрос о непосредственной причинной связи между эмболическими осложнениями и ЭЛ остается открытым. Об этих структурах необходимо знать для адекватной дифференциальной диагностики с другими клинически более значимыми поражениями клапанов: вегетациями, тромбами и опухолями.

Список литературы

1. Lambl V.D. Papillare excrescenzen an der semilunar-klappe der aorta. Wien Med Wochenschr 1856;6:244—247.
2. Grant R.T., Wood J.E., Jones T.D. Heart valve irregularities in relation to subacute bacterial endocarditis. Heart 1928;14:247—261.
3. Magarey F.R. On the mode of formation of Lambl’s excrescences and their relation to chronic thickening of the mitral valve. J Pathol Bacteriol 1949;61:203—208.
4. Hurle J.M., Garcia-Martinez V., Sanchez-Quintana D. Morphologic characteristics and structure of surface excrescences (Lambl’s excrescences) in the normal aortic valve. Am J Cardiol 1986;58:1223—1227.
5. Nistal J.F., Garcia-Martinez V., Fernandez M.D. Age-dependent dystrophic calcification of the aortic valve leaflets in normal subjects. J Heart Valve Dis 1994;3:37—40.
6. Riddle J.M., Wang C.H., Magilligan D.J. Jr, Stein P.D. Scanning electron microscopy of surgically excised human mitral valves in patients over
45 years of age. Am J Cardiol 1989;63:471—477.
7. Freedberg R.S., Goodkin G.M., Perez J.L. et al. Valve strands are strongly associated with systemic embolization: a transesophageal echocardiographic study. J Am Coll Cardiol 1995;26:1709—1712.
8. Mirzaie M., Meyer T., Schwarz P. et al. Ultrastructural alterations in acquired aortic and mitral valve disease as revealed by scanning and transmission electron microscopical investigations. Ann Thorac Cardiovasc Surg 2002;8:24—30.
9. Fitzgerald D., Gaffney P., Dervan P. et al. Giant Lambl’s excrescence presenting as a peripheral embolus. Chest 1982;81:516—517.
10. Wolf R.C., Spiess J., Vasic N., Huber R. Valvular strands and ischemic stroke. Eur Neurol 2007;57:227—231.
11. Aggarwal A., Leavitt B.J. Images in clinical medicine. Giant Lambl’s excrescences. N Engl J Med 2003;349:e24.
12. Lee R.J., Bartzokis T., Yeoh T.K. et al. Enhanced detection of intracardiac sources of cerebral emboli by transesophageal echocardiography. Stroke 1991;22:73Tice F.D., Slivka A.P., Walz E.T. et al. Mitral valve strands in patients with focal cerebral ischemia. Stroke 1996;27:1183—1186.
13. Roldan C.A., Shively B.K., Crawford M.H. Valve excrescences: prevalence, evolution and risk for cardioembolism. J Am Coll Cardiol 1997;30:1308—1314.
14. Leung D.Y., Black I.W., Cranney G.B. et al. Selection of patients for transesophageal echocardiography after stroke and systemic embolic events: role of transthoracic echocardiography. Stroke 1995;26:1820—1824.
15. Cohen A., Tzourio C., Chauvel C. et al. Mitral valve strands and the risk of ischemic stroke in elderly patients. The French Study of Aortic Plaques in Stroke (FAPS) Investigators. Stroke 1997;28:1574—1578.
16. Roberts J.K., Omarali I., Di Tullio M.R. et al. Valvular strands and cerebral ischemia. Effect of demographics and strand characteristics. Stroke 1997;28:2185—2188.
17. Nighoghossian N., Derex L., Loire R. et al. Giant Lambl excrescences. Arch Neurol 1997;54:41—44.
18. Rhee H.Y., Choi H.Y., Kim S.B. et al. Acute Ischemic Stroke in a Patient with a Native Valvular Strand. Case Rep Neurol 2010;2:91—95.
19. Nighoghossian N., Derex L., Perinetti M. et al. Course of valvular strands in patients with stroke: cooperative study with transesophageal echocardiography. Am Heart J 1998;136:1065—1069.
20. Homma S., Di Tullio M.R., Sciacca R.R. et al. PICSS Investigators. Effect of aspirin and warfarin therapy in stroke patients with valvular strands. Stroke 2004;35:1436—1442.
21. Aziz F., Baciewicz F.A. Jr. Lambl’s excrescences: review and recommendations. Tex Heart Inst J 2007;34:366—368.
22. Liu R.Z., Yu S.Y., Li Y. Migraine-like headache and ischemic strokes in two patients with Lambl’s excrescences. Chin Med J (Engl) 2012;125:3346—3348.
23. Nakahira J., Sawai T., Katsumata T. et al. Lambl's excrescence on aortic valve detected by transesophageal echocardiography. Anesth Analg 2008;106:1639—1640.
24. Bruinsma G.J., Leicher F.G. Lambi’s excrescences of the mitral valve. Neth Heart J 2001;10:23—24.
25. Stoddard M.F., Dawkins P.R., Longaker R.A. Mobile strands are frequently attached to the St. Jude Medical mitral valve prosthesis as assessed by two-dimensional echocardiography. Am Heart J 1992;124:671—675.
26. Iung B., Cormier B., Dadez E. et al. Small abnormal echos after mitral valve replacement with bileaflet mechanical prostheses: predisposing factors and effect on thromboembolism. J Heart Valve Dis 1993;2:259—266.
27. Orsinelli D.A., Pearson A.C. Detection of prosthetic valve strands by transesophageal echocardiography: clinical significance in patients with suspected cardiac source of embolism. J Am Coll Cardiol 1995;26:1713—1718.
28. Isada L.R., Torelli J.N., Stewart W.J., Klein A.L. Detection of fibrous strands on prosthetic mitral valves with transesophageal echocardiography: another potential embolic source.J Am Soc Echocardiogr1994;7:641—645.
29. Zakarkaite D., Aidietiene S., Dambrauskaite A. et al. Detection of prosthetic mitral valve strands by transesophageal echocardiography: association with systemic embolization. Seminars Cardiol 2005;11:110—114.
30. Victor F., De Place C., Camus C. et al. Pacemaker lead infection: echocardiographic features, management, and outcome. Heart 1999;81:82—87.
31. Ker J. The serpentine mitral valve and cerebral embolism. Cardiovasc Ultrasound 2011;9:7.
32. Vuille C., Nidorf M., Weyman A.E., Picard M.H. Natural history of vegetations during successful medical treatment of endocarditis. Am Heart J 1994;128:1200—1209.
33. Birmingham G.D., Rahko P.S., Ballantyne F. Improved detection of infective endocarditis with transesophageal echocardiography. Am Heart J 1992;123:774—781.
34. Shively B.K., Gurule F.T., Roldan C.A. et al. Diagnostic value of transesophageal compared with transthoracic echocardiography in infective endocarditis. J Am Coll Cardiol 1991;18:391—397.
35. Job F.P., Franke S., Lethen H. et al. Incremental value of biplane and multiplane transesophageal echocardiography for the assessment of active infective endocarditis. Am J Cardiol 1995;75:1033—1037.
36. Boone A.S., Campagna M., Walley V.M. Lambl’s excrescences and papillary fibroelastoma: are they different? Can J Cardiol 1992;8:372—376.
37. Walley V., Boone S. Cardiac papillary fibroelastoma (correspondence). Ann Thorac Surg 1995;60:234.
38. Yee H., Nwosu J., Lii A. et al. Echocardiographic features of papillary fibroelastoma and their consequences and management. Am J Cardiol 1997;80:811—814.
39. Klarich K., Enriquez-Sarano M., Gura G. et al. Papillary fibroelastoma: echocardiographic characteristics for diagnosis and pathologic correlation. J Am Coll Cardiol 1997;30:784—790.
40. Howard R., Aldea G., Shapira O. et al. Papillary fibroelastoma: increasing recognition of a surgical disease. Ann Thorac Surg 1999;68:1881—1885.
41. Daveron E., Jain N., Kelley G.P. et al. Papillary fibroelastoma and Lambl's excrescences: echocardiographic diagnosis and differential diagnosis. Echocardiography 2005;22:461—463.
42. Darvishian F., Farmer P. Papillary fibroelastoma of the heart: report of two cases and review of the literature. Ann Clin Lab Sci 2001;31:291—296.
43. Voros S., Navin N.C., Thakur A.C. et al. Lambl’s excrescences involving the pulmonary valve detected by transesophageal echocardiography. Echocardiography 1999;16:35—39.
44. Voros S., Nanda N.C., Thakur A.C. et al. Lambl’s excrescences (valvular strands). Echocardiography 1999;16:399—414.

Об авторах / Для корреспонденции

ФГБУ Учебно-научный медицинский центр УД Президента РФ, Москва
Кафедра терапии, кардиологии и функциональной диагностики с курсом нефрологии
Алехин М.Н. - д.м.н., проф. кафедры.
Сидоренко Б.А. - д.м.н., проф., зав. кафедрой.
E-mail: amn@mail.ru

Также по теме