ISSN 2412-4036 (print)
ISSN 2713-1823 (online)

Когнитивный статус полиморбидных пациентов пожилого и старческого возраста с артериальной гипертензией в зависимости от индекса коморбидности Чарлсон

О.Д. Остроумова, К.К. Дзамихов, А.И. Кочетков, Т.М. Остроумова, В.Р. Шастина, М.А. Ляхова

1) ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Минздрава России, г. Москва; 2) ФГАОУ ВО «Первый Московский медицинский университет им. И.М. Сеченова» Минздрава России (Сеченовский университет); 3) ГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн № 2 Департамента здравоохранения города Москвы»
Аннотация. Старение населения влечет за собой повышение частоты возраст-ассоциированных заболеваний, являющихся факторами риска когнитивных нарушений.
Цель – оценить когнитивные функции (КФ) полиморбидных пациентов в возрасте ≥ 60 лет с артериальной гипертензией (АГ) в зависимости от индекса коморбидности Чарлсон.
Материал и методы. Участники исследования (n = 330) были разделены на 3 группы в зависимости от индекса Чарлсон: 1-я группа – 0–4 балла (n = 69, медиана возраста 72 года), 2-я группа – 5–7 баллов (n = 182, медиана возраста 80 лет), 3-я группа – ≥ 8 баллов (n = 79, медиана возраста 82 года). Всем пациентам проводилась оценка КФ с помощью ряда когнитивных тестов.
Результаты. По Монреальской шкале оценки КФ (MoCA) выявлены статистически значимые различия между 1-й и 2-й, 1-й и 3-й группами (p = 0,032 и p < 0,001 соответственно, максимальное количество – в 1-й группе, минимальное – в 3-й), по краткой шкале оценки психического статуса (КШОПС) – между 1-й и 3-й (27 и 26 баллов соответственно, p = 0,014), по шкале оценки болезни Альцгеймера – когнитивной субшкале (ADAS-Cog) – между 1-й и 2-й (12 и 15 баллов соответственно, p = 0,011). Пациенты 3-й группы набрали статистически значимо меньше баллов по Бостонскому тесту по сравнению с 1-й и 2-й группами (p1–2–3 = 0,008). В субтесте «литеральные ассоциации» участники 3-й группы назвали статистически значимо меньше слов по сравнению с пациентами 1-й и 2-й групп (p = 0,002 и p = 0,006 соответственно). В тесте замены цифровых символов статистически значимые различия зафиксированы между 1-й и 3-й группами (p = 0,022). Статистически значимые различия между группами (p1–2–3 < 0,001) установлены также при оценке результатов теста на запоминание максимального цифрового ряда.
Заключение. Полученные данные свидетельствуют о прямом влиянии количества определенных сопутствующих заболеваний и возраста, отражаемом индексом коморбидности Чарлсон, на выраженность когнитивных нарушений у полиморбидных пациентов пожилого и старческого возраста с АГ.

Ключевые слова

когнитивные функции
когнитивные нарушения
артериальная гипертензия
индекс коморбидности Чарлсон
полиморбидность
гериатрия

ВВЕДЕНИЕ

Успехи в области медицины, достигнутые в последние десятилетия, позволили существенно увеличить продолжительность жизни населения, что привело к увеличению доли людей пожилого и старческого возраста [1]. Эта тенденция будет только нарастать: по прогнозам, доля лиц указанной возрастной группы в общей популяции в 2050 г. достигнет 21% [1]. Это, в свою очередь, влечет за собой повышение распространенности ряда возраст-ассоциированных заболеваний, являющихся признанными факторами риска развития когнитивных нарушений (КН): артериальной гипертензии (АГ), фибрилляции предсердий (ФП), хронической болезни почек (ХБП), хронической сердечной недостаточности (ХСН) и др. [2–5].

У больных с КН возникают трудности с соблюдением лекарственных назначений и выполнением рекомендаций лечащего врача как в стационарных, так и в амбулаторных условиях: затрудняется применение лекарственных средств (ЛС) согласно прописанной схеме, снижается приверженность к приему ЛС с узким терапевтическим диапазоном (высоким риском передозировок), происходит пропуск приема необходимых препаратов [6], что оказывает негативный эффект на продолжительность и качество жизни.

В 1987 г. профессор Мэри Э. Чарлсон с коллегами впервые предложила метод прогнозирования 10-летней выживаемости пациентов с помощью специального индекса, впоследствии получившего название в честь автора – индекс коморбидности Чарлсон [7]. Данный метод получил признание по всему миру и международную валидацию, благодаря чему может применяться в клинической практике врачами различных специальностей. Особенность метода – подсчет баллов по предложенной балльной системе в зависимости от возраста пациента и нозологии. Полученный суммарный балл применяется в формуле прогноза 10-летней выживаемости, выражаемой в процентах, что помогает специалисту принимать рациональные решения при длительном ведении пациентов.

Исходя из изложенного, цель исследования – оценить когнитивные функции (КФ) полиморбидных пациентов пожилого и старческого возраста с АГ в зависимости от значений индекса коморбидности Чарлсон.

МАТЕРИАЛ И МЕТОДЫ

Проведено открытое, одномоментное (поперечное), когортное исследование.

Протокол исследования рассмотрел и одобрил этический комитет ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Минздрава России (протокол № 8 от 28.08.2023).

Критерии включения: пациенты обоего пола, 60 лет и старше, с эссенциальной АГ с уровнем артериального давления (АД) ≥ 140/90 мм рт. ст. для пациентов, не принимающих антигипертензивные препараты, и с любым уровнем АД для пациентов, принимающих медикаментозную антигипертензивную терапию [5].

Критерии невключения:

  • возраст < 60 лет;
  • вторичная (симптоматическая) АГ;
  • скорость клубочковой фильтрации < 15 мл/ мин./1,73 м2;
  • тяжелые сенсорные нарушения (слепота, глухота), препятствовавшие проведению исследования КФ;
  • клинически значимые заболевания сердца (в том числе кардиогенный шок, недавно перенесенный (менее 3 мес. назад) инфаркт миокарда, атриовентрикулярная блокада III степени без искусственного водителя ритма, гипертрофическая кардиомиопатия, выраженный аортальный и митральный стеноз), печени (в том числе цирроз печени с асцитом);
  • клинически значимое иммунологическое заболевание;
  • онкологические заболевания;
  • клинически значимые неврологические заболевания (в том числе острое нарушение мозгового кровообращения в течение предшествующего года и транзиторная ишемическая атака в анамнезе менее 3 мес. назад);
  • уровень гемоглобина < 90 г/л;
  • психические заболевания и расстройства, кроме деменции;
  • хирургическая операция (за исключением стоматологических или косметических операций), травмы, переломы в течение предыдущих 6 мес. [5].

В исследование были включены 330 пациентов в возрасте 60 лет и старше с эссенциальной АГ, находившиеся на лечении в терапевтических отделениях ГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн № 2 Департамента здравоохранения города Москвы» с 01.07.2022 по 30.04.2023. Медиана среднего возраста участников составила 79 лет, женщин и мужчин было примерно поровну (51 и 49% соответственно), 46,1% пациентов имели высшее образование. Среди сопутствующих заболеваний наиболее часто встречались: ХСН I–III функционального класса (ФК) – 71% случаев, ХБП 3-й стадии – 66,6% случаев, ФП – 50% случаев. Полная клиническая характеристика включенных в исследование пациентов представлена в таблице 1.

25-1.jpg (151 KB)

Всем участникам исследования выполнялось исследование КФ с помощью ряда нейропсихологических тестов: Монреальской шкалы оценки когнитивных функций (Monreal Cognitive Assessment, МоСА) [8], краткой шкалы оценки психического статуса (Mini-mental State Examination, MMSE) [9], шкалы оценки болезни Альцгеймера – когнитивной субшкалы (Alzheimer Disease Assessment Scale-Cognitive, ADAS-cog) [10], теста построения маршрута (тест последовательных соединений) – части А и В (Trial Making Test, рart A, В) [11], теста замены цифровых символов (Digit Symbol Substitution Test, DSST) [12], теста вербальных ассоциаций (литеральные (буквы) и категориальные (животные) ассоциации – Verbal Fluency Test, VFT) [13], Бостонского теста называния (Boston Naming Test, BNT) [14], теста словесно-цветовой интерференции (теста Струпа – Stroop color-word conflict) [15], теста на запоминание максимального цифрового ряда (Digit Span Test) [16]. У всех пациентов рассчитывался индекс коморбидности Чарлсон [7].

Статистическая обработка данных осуществлялась в программном пакете SPSS Statistics 27.0. Нормальность распределения полученных параметров оценивалась посредством критерия Шапиро – Уилка. Описание выборки для ненормально распределенных параметров производилась с помощью подсчета медианы (Ме) и интерквартильного размаха в виде 25 и 75 процентилей (С25 и С75), для нормально распределенных параметров – путем определения среднего значения (Mean, М) со стандартным отклонением (Standart Deviation, SD). Категориальные переменные оценивались с использованием точного критерия Фишера, непараметрические показатели – критерия хи-квадрат Пирсона. Статистически значимыми считались значения p < 0,05.

РЕЗУЛЬТАТЫ

В зависимости от набранных баллов по индексу коморбидности Чарлсон мы разделили включенных в исследование пациентов с АГ на 3 группы:

  • группа 1 – 0–4 балла (n = 69);
  • группа 2 – 5–7 баллов (n = 182);
  • группа 3 – ≥ 8 баллов (n = 79).

Клиническая характеристика пациентов с АГ в зависимости от количества баллов по шкале коморбидности Чарлсон приведена в таблице 2.

26-1.jpg (298 KB)

Медиана возраста оказалась наибольшей у пациентов 3-й группы, что статистически значимо отличало их от больных 1-й и 2-й групп (p1–2–3 < 0,001). В 1-й группе мужчин было статистически значимо больше (половина респондентов) по сравнению со 2-й и 3-й группами, где преобладали женщины (p1–2–3 = 0,021). При оценке сопутствующих заболеваний у исследованных пациентов были обнаружены статистически значимые межгрупповые различия по частоте встречаемости сопутствующей ФП, острого нарушения мозгового кровообращения и инфаркта миокарда в анамнезе, ХСН, сахарного диабета 2-го типа и анемии: все перечисленные заболевания наиболее часто встречались у больных 3-й группы и наиболее редко – в 1-й группе (табл. 2).

По результатам лабораторных исследований было выявлено статистически значимое различие между группами по уровню гемоглобина (p1–2–3 < 0,001). Также необходимо отметить статистически значимые межгрупповые различия по общему холестерину и креатинину (p1–2–3 = 0,029 и p1–2–3 = 0,024 соответственно).

При исследовании КФ с помощью МоСА было установлено статистически значимое различие между 1-й и 2-й, а также между 1-й и 3-й группами по медиане итогового количества баллов (p = 0,032 и p < 001 соответственно): максимальный показатель отмечался у пациентов 1-й группы, минимальный – в 3-й группе (табл. 3). Анализ результатов тестирования по крат­кой шкале оценки психического статуса (КШОПС) показал статистически значимое различие между 1-й и 3-й группами по медиане итогового количества баллов (27 и 26 баллов соответственно, p = 0,014). При изучении итогов тестирования по ADAS-Cog также были выявлены статистически значимые различия между группами по медиане итогового балла между 1-й и 3-й группами (12 и 15 баллов соответственно, p = 0,008). Согласно данным Бостонского теста называния, пациенты 3-й группы набрали статистически значимо меньшее количество баллов по сравнению с 1-й и 2-й группами (p1–2–3 = 0,008). В тесте вербальных (литеральных) ассоциаций пациенты 3-й группы назвали статистически значимо меньше слов, нежели больные 1-й и 2-й групп (p = 0,002 и p = 0,006 соответственно). При оценке результатов теста запоминания максимального числового ряда (Digit Span Test), несмотря на однородность медианы в трех группах, зафиксированы статистически значимые различия по этому параметру (p1–2–3 < 0,001). Наконец, в тесте замены цифровых символов (DSST) пациенты 3-й группы в итоге набрали наименьшее количество баллов относительно больных из 1-й и 2-й групп, при этом статистически значимые различия были зафиксированы между 1-й и 3-й группами (p = 0,022).

27-1.jpg (191 KB)

При оценке результатов теста построения маршрута (тест последовательных соединений – части А и В) и теста Струпа статистически значимых различий между группами обнаружено не было.

ОБСУЖДЕНИЕ

КН, в том числе тяжелые (деменция), часто встречаются у пациентов пожилого и старческого возраста и становятся все более признанной главной причиной снижения качества жизни и инвалидизации больных этой возрастной категории [1, 6]. У пожилых людей полиморбидность ассоциирована с более высоким риском инвалидизации и ускоренным снижением физических и когнитивный функций с течением времени, что установлено, в частности, в исследовании Wei M.Y. et al. [17] с длительным наблюдением (в течение 14 лет) за 14 265 пациентами (средний возраст 66,6 ± 9,1 года) и подсчетом взвешенного индекса мультиморбидности (Multimorbidity-Weighted Index, MWI), основанного на учете количества сопутствующих заболеваний и уровня физического функционирования пациента [17].

Для диагностики КН необходимо применение валидированных тестов, опросников, шкал, позволяющих не только подтвердить факт наличия КН, но и максимально точно определить степень их тяжести [18]. Отметим, что все существующие в настоящее время нейропсихологические методы исследования КН направлены на оценку разных доменов КФ (внимание, память, праксис, регуляторные функции, речь, восприятие), а также на определение вида КН (сосудистые и нейродегенеративные) [18].

В научных работах, посвященных КН у пожилых полиморбидных пациентов, чаще всего проблема рассматривается с позиций пола, возраста, этнической и расовой принадлежности, конкретных нозологических форм, приема определенных ЛС, но при этом крайне мало исследований, где вопросы КН изучаются с позиции распределения групп пациентов в зависимости от бремени полиморбидности, определенного по индексу коморбидности Чарлсон. Данный аспект может представлять интерес для дальнейших исследований в этой области.

В нашем исследовании обнаружено, что пациенты с большим бременем полиморбидности, выражаемым индексом коморбидности Чарлсон (группа 3, значения индекса ≥ 8 баллов), имеют более выраженные КН по сравнению с пациентами 1-й и 2-й групп (значения индекса 0–4 и 5–7 баллов соответственно). Так, итоговой балл по шкалам КШОПС и MoCA у больных 3-й группы был статистически значимо меньше, чем в 1-й группе. При тестировании с помощью шкалы ADAS-Cog прослеживается четкая зависимость между набранным баллом и величиной индекса коморбидности Чарлсон: чем выше этот индекс, тем выше итоговый балл по ADAS-Cog. Мы также выявили снижение количества воспроизводимых слов по тесту беглости речи, но только в категории литеральных ассоциаций с ухудшением результата от 1-й к 3-й группе. Согласно результатам Бостонского теста называния, у пожилых полиморбидных пациентов с АГ наблюдалось уменьшение медианы итогового балла от 1-й к 3-й группе (различия между группами оказались статистически значимы: p1–2–3 = 0,001), т. е. по мере увеличения индекса коморбидности Чарлсон. Анализ результатов теста DSST также продемонстрировал снижение медианы количества набранных баллов от 1-й к 3-й группе, при этом различия между этими группами были статистически значимы (p = 0,022). Наконец, были зафиксированы статистически значимые различия между группами по медиане баллов в тесте на запоминание максимального цифрового ряда (p1–2–3 = 0,025).

МоСА используется для диагностики умеренных КН и деменции и позволяет оценить внимание и концентрацию внимания, исполнительные функции, память, речь, зрительно-конструктивные навыки, абстрактное мышление, счет и ориентацию [12]. Его рекомендуют проводить с целью верификации сосудистых КН [18], тогда как КШОПС и ADAS-Cog традиционно используют для оценки нейродегенеративных КН (при болезни Альцгеймера) [13, 14]. Тест символьно-цифрового кодирования (DSST) [16, 18], разработанный в 1939 г. и валидированный в 1940 г., нацелен на диагностику нарушения ассоциативного восприятия, скорости мыслительных процессов и концентрации внимания [16, 18]. Тест на запоминание максимального числового ряда (Digit Span Test) [12, 18] относится к группе тестов Векслера и является одним из самых часто используемых в клинической практике. Главная цель теста – оценка кратковременной памяти и концентрации внимания, так как пациент должен запомнить цифровой ряд, произносимый врачом, с каждым последующим рядом увеличивающийся на одну цифру, что также требует повышенного внимания. Чем длиннее ряд цифр, которые смог повторить пациент, тем лучше сохранена кратковременная память [12, 18].

Бостонский тест называния (BNT) [14, 18], разработанный в 1983 г., направлен на оценку номинативной функции речи и зрительного восприятия, так как пациент должен правильно назвать увиденный предмет на карточке. Чем больше показанных предметов названо без подсказок, тем лучше показатели номинативной функции речи и зрительного восприятия [14, 18].

Тест вербальных ассоциаций (литеральные (буквы) и категориальные (животные) ассоциации – VFT) [13, 18], впервые предложенный в 1976 г., необходим для выявления нарушений речевой активности различного генеза (семантической памяти). В рамках этого теста пациенту с закрытыми глазами в течение минуты необходимо сначала перечислить все слова на определенную букву, выбранную врачом, а затем также в течение минуты – все слова, относящиеся к определенной категории (ее также определяет врач). В норме взрослый человек должен уметь назвать более 12 фонетических и более 15 семантических ассоциаций. Обратное соотношение свидетельствует о нарушении семантической памяти, что чаще всего наблюдается при болезни Альцгеймера [13, 18].

Таким образом, зная точку приложения каждой из существующих методик оценки КФ, целесообразно выполнять комплексную оценку всех когнитивных доменов с помощью комбинации из нескольких тестов. Это позволяет формировать наиболее точный когнитивный статус для разработки персонализированных алгоритмов лечения, ориентированных на коррекцию выявленных КН и/или предотвращение их дальнейшего прогрессирования [18].

Полученные нами результаты говорят о прямом влиянии количества определенных сопутствующих заболеваний и возраста пациентов (что отражает индекс коморбидности Чарлсон) на выраженность КН у полиморбидных пациентов пожилого и старческого возраста с АГ. Из этого вытекает необходимость разработки дифференцированной тактики ведения таких пациентов с учетом бремени полиморбидности.

Более высокие значения индекса коморбидности Чарлсон при наличии КН среди прочего были обнаружены в ретроспективном исследовании Qian Y. et al., где анализировались данные за 2000–2014 гг. на предмет распространенности диагнозов, связанных с изменениями в домене памяти у пациентов с начальными признаками КН по данным «Модифицированного телефонного интервью на предмет когнитивного статуса» (Modified Telephone Interview for Cognitive Status). Анализ включил 1225 пациентов в возрасте ≥ 66 лет. Было установлено, что на момент выявления КН индекс коморбидности Чарлсон имел большее значение по сравнению с его исходной величиной (когда КН отсутствовали): 2,1 ± 2,3 и 1,4 ± 1,7 балла соответственно (значения р в публикации не приводятся) [19].

В другом исследовании изучалась взаимосвязь между дефицитом витамина С и КН у пожилых госпитализированных пациентов. В работу вошли 160 человек в возрасте ≥ 75 лет, поступивших в гериатрическое отделение в Австралии. КФ оценивались посредством КШОПС: пациенты с менее чем 24 баллами по этой шкале классифицировались как имеющие КН. Согласно результатам этого исследования, больные с КН были старше, имели более высокие значения индекса коморбидности Чарлсон, а также реже имели высшее образование, чем пациенты без КН (p < 0,05 во всех случаях) [20].

Ассоциация более высоких значений индекса коморбидности Чарлсон с наличием КН была также продемонстрирована в исследовании Fogg C. еt al. [21], основной целью которого являлось изучение влияния КН у госпитализированных пожилых пациентов (n = 21 399, средний возраст 84,4 ± 5,8 года) на клинические исходы. При анализе исходных характеристик пациентов в этой работе обращает на себя внимание тот факт, что в группе больных с деменцией (n = 3547) индекс коморбидности Чарлсон ≥ 6 баллов встречался у 89,3% пациентов, тогда как среди участников с додементными КН (n = 2227) и без таковых (n = 15 625) – только в 59,0 и 46,2% соответственно. И наоборот, значение индекса коморбидности Чарлсон, равное 0, в группе больных с деменцией регистрировалось реже (7,3%), чем в группах пациентов с додементными КН (27,4%) и отсутствием КН (34,1%) [21].

В одной из отечественных работ оценивалось влияние коморбидности на КФ у постменопаузальных женщин с первичным остеоартритом [22]. В одномоментное исследование были включены 682 женщины в возрасте от 48 до 62 лет (медиана 56 лет; 25–75%: 52,0–60,0) в постменопаузе (6,8 (2,0–11,55) года) с остеоартритом коленных и/или тазобедренных суставов 2–3-й рентгенологической стадии по Келлгрену, КН выявлялись с помощью КШОПС [22]. Для всех пациенток рассчитывались индивидуальный риск преждевременной смерти и индекс коморбидности Чарлсон [22]. Авторы установили, что при возрастании индекса коморбидности наблюдается снижение итогового балла по КШОПС, причем эти различия оказались статистически значимыми [22].

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Результаты проведенного нами нейропсихологического тестирования свидетельствуют о неблагоприятном влиянии высоких значений индекса коморбидности Чарлсон, отражающих высокое бремя полиморбидности, на КФ полиморбидных пациентов пожилого и старческого возраста с АГ. Полученные результаты доказывают важность диагностики КН у пожилых больных с АГ и необходимость расчета индекса коморбидности Чарлсон ввиду высокого бремени полиморбидности у лиц этой возрастной группы, что, в свою очередь, оказывает синергетическое негативное влияние на все когнитивные домены и, как следствие, обусловливает снижение качества жизни. Использование этих инструментов дает специалистам возможность разработать реабилитационные мероприятия с приоритетом на коррекцию наиболее значимых нозологий, влияющих на прогноз 5-летней выживаемости. Это будет способствовать повышению качества жизни и снижению риска инвалидизации пожилых полиморбидных пациентов.

Список литературы

1. Ушкалова Е.А., Ткачева О.Н., Рунихина Н.К. с соавт. Особенности фармакотерапии у пожилых пациентов. Введение в проблему. Рациональная фармакотерапия в кардиологии. 2016; 12(1): 94–100. (Ushkalova E.A., Tkacheva O.N., Runihina N.K. et al. Features of pharmacotherapy in elderly patients. An introduction to the problem. Ratsional’naya farmakoterapiya v kardiologii = Rational Pharmacotherapy in Cardiology. 2016; 12 (1): 94–100 (In Russ.)).

https://doi.org/10.20996/1819-6446-2016-12-1-94-100. EDN: VRCVLH.

2. Williams B., Mancia G., Spiering W. et al. ESC Scientific Document Group. 2018 ESC/ESH Guidelines for the management of arterial hypertension. Eur Heart J. 2018; 39(33): 3021–3104.

https://doi.org/10.1093/eurheartj/ehy339. PMID: 30165516.

3. Soraci L., Corica F., Corsonello A. et al. Prognostic interplay of kidney function with sarcopenia, anemia, disability and cognitive impairment. The GLISTEN study. Eur J Intern Med. 2021; 93: 57–63.

https://doi.org/10.1016/j.ejim.2021.06.031. PMID: 34253448.

4. Ganesan V., Sethuraman K., Sureshkumar et al. Platelet glycogen synthase kinase 3β regulates plasma β amyloid and phosphorylated tau levels in chronic kidney disease patients with cognitive dysfunction; therapeutic role of erythropoietin. J Nephropathol. 2023; 12(4): e17238.

https://doi.org/10.34172/jnp.2022.17238.

5. Шаталова Н.А., Дзамихов К.К., Кочетков А.И. с соавт. Состояние когнитивных функций у полиморбидных пациентов с артериальной гипертензией, фибрилляцией предсердий и хронической болезнью почек. Медицинский алфавит. 2023; (33): 50–56. (Shatalova N.A., Dzamikhov K.K., Kochetkov A.I. et al. Cognitive function status in polymorbid patients with arterial hypertension, atrial fibrillation and chronic kidney disease. Meditsinskiy alfavit = Medical Alphabet. 2023; (33): 50–56 (In Russ.)).

https://doi.org/10.33667/2078-5631-2023-33-50-56. EDN: RCNCID.

6. Левин О.С., Чимагомедова А.Ш. Концепция переходного когнитивного синдрома в структуре когнитивных нарушений у пожилых лиц: подходы к диагностике и лечению. Современная терапия в психиатрии и неврологии. 2022; (1–2): 25–33. (Levin O.S., Chimagomedova A.Sh. The concept of transitional cognitive syndrome in the structure of cognitive disorders in the elderly: Approaches to diagnosis and treatment. Sovremennaya terapiya v psihiatrii i nevrologii = Modern Therapy in Psychiatry and Neurology. 2022; (1–2): 25–33 (In Russ.)). EDN: WLUCJR.

7. Charlson M.E., Pompei P., Ales K.L., MacKenzie C.R. A new method of classifying prognostic comorbidity in longitudinal studies: Development and validation. J Chronic Dis. 1987; 40(5): 373–83.

https://doi.org/10.1016/0021-9681(87)90171-8. PMID: 3558716.

8. Nasreddine Z.S., Phillips N.A., Bédirian V. et al. The Montreal Cognitive Assessment, MoCA: A brief screening tool for mild cognitive impairment. J Am Geriatr Soc. 2005; 53(4): 695–99.

https://doi.org/10.1111/j.1532-5415.2005.53221.x. PMID: 15817019.

9. Folstein M.F., Folstein S.E., McHugh P.R. “Mini-mental state”. A practical method for grading the cognitive state of patients for the clinician. J Psychiatr Res. 1975; 12(3): 189–98.

https://doi.org/10.1016/0022-3956(75)90026-6. PMID: 1202204.

10. Rosen W.G., Mohs R.C., Davis K.L. A new rating scale for Alzheimer’s disease. Am J Psychiatry. 1984; 141(11): 1356–64.

https://doi.org/10.1176/ajp.141.11.1356. PMID: 6496779.

11. Reitan R. Validity of the Trail Making Test as an indicator of organic brain damage. Percept Mot Skills. 1958; 8(3): 271–76.

https://doi.org/10.2466/pms.1958.8.3.271.

12. Wechsler D. The measurement of adult intelligence. Baltimore, MD: The Williams & Wilkins Company. Psychoanalytic Quarterly. 1958; 27: 592–94.

https://doi.org/10.1111/j.1939-0025.1939.tb05653.x.

13. Strauss E. A compendium of neuropsychological tests: Administration, Norms, and Commentary. E. Strauss. Oxford: Oxford University Press. 2006: 1240 pp.

https://doi.org/10.1080/09084280701280502. ISBN: 0-19-515957-8. ISBN-13: 978-0-19-515957-8.

14. Kaplan E., Goodglass H., Weintraub S. The Boston Naming Test. Philadelphia, PA: Lea & Fibiger. 1983.

15. MacLeod C.M. Half a century of research on the Stroop effect: An integrative review. Psychol Bull. 1991; 109(2): 163–203.

https://doi.org/10.1037/0033-2909.109.2.163. PMID: 2034749.

16. Wechsler D.A. Standardized memory scale for clinical use. J Psychol. 1945; 19(1): 87–95.

https://doi.org/10.1080/00223980.1945.9917223.

17. Wei M.Y., Levine D.A., Zahodne L.B. et al. Multimorbidity and cognitive decline over 14 years in older Americans. J Gerontol A Biol Sci Med Sci. 2020; 75(6): 1206–13.

https://doi.org/10.1093/gerona/glz147. PMID: 31173065. PMCID: PMC7243582.

18. Клинические рекомендации. Когнитивные расстройства у лиц пожилого и старческого возраста. Общественная организация «Российское общество психиатров», Общероссийская общественная организация «Российская ассоциация геронтологов и гериатров». Рубрикатор клинических рекомендаций Минздрава России. 2020. ID: 617. Доступ: https://cr.minzdrav.gov.ru/schema/617_1 (дата обращения – 26.05.2024). (Clinical guidelines. Cognitive disorders in the elderly and senile age. Russian Society of Psychiatrists, Russian Association of Gerontologists and Geriatricians. 2020. Rubricator of clinical guidelines of the Ministry of Healthcare of Russia. ID: 617. URL: https://cr.minzdrav.gov.ru/schema/617_1 (date of access – 26.05.2024) (In Russ.)).

19. Qian Y., Chen X., Tang D. et al. Prevalence of memory-related diagnoses among U.S. older adults with early symptoms of cognitive impairment. J Gerontol A Biol Sci Med Sci. 2021; 76(10): 1846–53.

https://doi.org/10.1093/gerona/glab043. PMID: 33575783. PMCID: PMC8436977.

20. Sharma Y., Popescu A., Horwood C. et al. Relationship between vitamin C deficiency and cognitive impairment in older hospitalised patients: A cross-sectional study. Antioxidants. 2022; 11(3): 463.

https://doi.org/10.3390/antiox11030463. PMID: 35326113. PMCID: PMC8944675.

21. Fogg C., Meredith P., Culliford D. et al. Cognitive impairment is independently associated with mortality, extended hospital stays and early readmission of older people with emergency hospital admissions: A retrospective cohort study. Int J Nurs Stud. 2019; 96: 1–8.

https://doi.org/10.1016/j.ijnurstu.2019.02.005. PMID: 30850127.

22. Попов А.А., Изможерова Н.В., Гетманова Н.А. Когнитивная функция у постменопаузальных женщин с первичным остеоартрозом и полиморбидностью. Остеопороз и остеопатии. 2016; 19(2): 102–103. (Popov A.A., Izmozherova N.V., Getmanova N.A. Cognitive function in postmenopausal women with primary osteoarthritis and multimorbidity. Osteoporoz i osteopatii = Osteoporosis and Osteopathy. 2016; 19(2): 102–103 (In Russ.)). EDN: XSCOWP.

Об авторах / Для корреспонденции

Ольга Дмитриевна Остроумова, д. м. н., профессор, заведующая кафедрой терапии и полиморбидной патологии им. академика М.С. Вовси ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Минздрава России, профессор кафедры клинической фармакологии и пропедевтики внутренних болезней ФГАОУ ВО «Первый Московский медицинский университет
им. И.М. Сеченова» Минздрава России (Сеченовский университет). Адрес: 125993, г. Москва, ул. Баррикадная, д. 2/1, стр. 1.
Е-mail: ostroumova.olga@mail.ru
ORCID: https://orcid.org/0000-0002-0795-8225. eLibrary SPIN: 3910-6585
Кантемир Каральбиевич Дзамихов, аспирант кафедры терапии и полиморбидной патологии им. академика М.С. Вовси ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Минздрава России. Адрес: 125993, г. Москва, ул. Баррикадная, д. 2/1, стр. 1.
E-mail: kantemir.dk@mail.ru
ORCID: https://orcid.org/0000-0002-8941-7018. eLibrary SPIN: 9603-5881
Алексей Иванович Кочетков, к. м. н., доцент, доцент кафедры терапии и полиморбидной патологии им. академика М.С. Вовси ФГБОУ ДПО «Российская медицинская академия непрерывного профессионального образования» Минздрава России. Адрес: 125993, г. Москва, ул. Баррикадная, д. 2/1, стр. 1.
Е-mail: ak_info@list.ru
ORCID: https://orcid.org/0000-0001-5801-3742. eLibrary SPIN: 9212-6010
Татьяна Максимовна Остроумова, к. м. н., ассистент кафедры нервных болезней и нейрохирургии ФГАОУ ВО «Первый Московский медицинский университет им. И.М. Сеченова» Минздрава России (Сеченовский университет). Адрес: 119048, г. Москва, ул. Трубецкая, д. 8, стр. 2.
E-mail: t.ostroumova3@gmail.com
ORCID: https://orcid.org/0000-0003-1499-247X
Вера Ростиславовна Шастина, к. м. н., главный врач ГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн № 2 Департамента здравоохранения города Москвы». Адрес: 109472, г. Москва, Волгоградский проспект, д. 168.
E-mail: ShastinaVR@zdrav.mos.ru
ORCID: https://orcid.org/0000-00022933-7876. eLibrary SPIN: 7230-9602
Марина Анатольевна Ляхова, заведующая отделением паллиативной помощи ГБУЗ «Госпиталь для ветеранов войн № 2 Департамента здравоохранения города Москвы». Адрес: 109472, г. Москва, Волгоградский проспект, д. 168

Также по теме